Ну как этого добиться?

Сначала нужно поговорить с Юрием Петровичем. Он приютил меня в своем доме, дал защиту. Уйти, не объяснившись, будет некрасиво. На самом деле в душе я мечтала, чтобы он помог…  За Арсена я боялась, не хотела втравливать его дальше в эту историю, неизвестно, как все повернется. Ахшар, доведенный до отчаяния, может начать делать страшные, безрассудные вещи. Мое похищение и насильственное удаление органов, наверное, не самое страшное. Если Арсен пострадает, я себе этого никогда не прощу.

Спустилась вниз. В гостиной никого не было. Дошла до кабинета, постучалась, генпрокурор не ответил.

Мне нужно было с кем-нибудь поговорить. Всю изнутри потряхивало от избытка чувств и эмоций. Мысли путались. Я, как загнанный в угол зверек, не знала, что делать. Сердце рвалось к сыну, а страх  парализовал, если бы не Ахшар и мои братья, я бы уже мчалась в аэропорт."

"Не исключено, что Тигиев-старший ушел отдыхать в свою комнату. Беспокоить его не хотелось, но и бездействовать я не могла. Возвращаясь в гостиную, услышала мужские голоса, ускорила шаг. А перед последним поворотом застыла, услышав уже такой родной успокаивающий голос.

Арсен…

Внутри стало спокойно, но в следующий момент я подумала о том, что он мог выяснить правду или ему Юрий Петрович уже все рассказал… Как он воспринял новость? Подумал, что я его обманывала? А я просто никому не могла рассказать правду. Так и не научилась доверять. В моем старом мире легче всего обвинить женщину. Мужчина всегда прав.  Не по своей воле оставила сына, меня заставили, но я продолжала жить дальше, а это осуждается везде. Даже здесь мало кто поймет. Как теперь Арсен относится ко мне? Осуждает? Не понимает? Я так боялась увидеть в его теплых добрых глазах разочарование…

Вдохнув полной грудью воздуха, медленно выдохнула, но так и не решилась выйти.

Еще раз…

— Я рад, что ты поступил разумно. Их смерть бы ничего не решила, — услышала отчетливо слова генпрокурора. Почему-то сразу подумала о своих братьях. Арсен собирался их убить? Он способен?.. Я застыла, вслушиваясь дальше в их разговор.

— Надеюсь, хватит ума больше не соваться к сестре, — ответил Кимаев.

Арсен подтвердил мои догадки. Значит, он поэтому вернулся в Питер. Разбирался с моими братьями. Испугалась я? Да, за Арсена.

Не хотела, чтобы у него были неприятности. О том, что он мог кого-то убить, думать не хотелось.

— Тронут ее, отправлю на тот свет, — жестко закончил он. А я поняла, что его все равно не боюсь.

Глаза защипало. Я так была ему благодарна. За все. И за то, что продолжал защищать, хотя уверена, братья обо мне слова доброго не сказали.

— Оставь это мне, сынок. Не стоит марать свои руки о всякую мразь, — произнес генпрокурор.

Я еще раз подумала о том,  что если с Арсеном что-то случится, я себя никогда не прощу.