– Разве я хоть раз обидел тебя?

– Н-нет…

– Почему же сейчас пугаю?

«Потому что я не твоя Анабель!» – хочется крикнуть мне.

Но не могу. Я борюсь с желанием зажмуриться и втянуть голову в плечи.

Дарион так близко, что я вижу его глаза. Два изумруда в черной оправе ресниц. Его зрачки внезапно расширяются, крылья носа трепещут.

– Твой запах… – бормочет он, суживая глаза.

И вдруг поднимает руку.

Я шарахаюсь вбок. Успеваю заметить в его глазах искреннее недоумение и только потом понимаю, что он всего лишь снял полотенце, что висело на ветке у меня над головой!

– Что с тобой? – хмурится он.

Набрасывает полотенце на шею.

– Н-ничего…

Господи, Аня! Да возьми себя в руки! Хватит блеять, как овца!

Мысленно надавала себе пощечин. Вот так, кто я сейчас? Анабель Лемминкейр! Значит, будем вести себя соответственно.

Вскидываю голову, выпрямляю спину. Бросаю на Дариона независимый взгляд.

Хмыкнув, он обводит взглядом пустырь.

– Ты здесь одна?

– Да.

– Без горничной? – в его голосе сквозит легкая издевка.

Но я уже взяла себя в руки.

– Разве я не могу прогуляться без горничной? – отвечаю ему в тон. – Это запрещено?

– На тебя не похоже. Где же твои манеры?

– Какая разница? – быстро выкручиваюсь. – Ты же решил развестись со мной, так что мне терять?

С минуту он задумчиво разглядывает меня, потирая шею полотенцем. Мой взгляд невольно прикипает к его груди. Дарион не перекачан. Скорее, жилист. У него длинное узкое тело змеи, гладкая кожа.

Почти.

Теперь я вижу: там, где грудь перечеркивают шрамы, кожа сморщена и покрыта чешуйками. Они почти не видны, но стоит свету попасть на них, как они начинают отливать золотисто-зеленым металликом.

Ловлю себя на мысли, что хочу провести рукой по этим чешуйкам. Проверить, не останется ли на пальцах золотистая пыльца.

– Налюбовалась? – насмешливый голос выводит меня из транса.

Пока думаю, что сказать, он добавляет:

– Я дам тебе хорошие отступные, Ани. С такими деньгами ты сможешь уехать туда, где никто не знает о нашем браке, открыть свое дело и жить как все. Я готов даже помогать тебе на первых порах. Почему ты противишься?

А действительно, почему?

Почему Анабель так упорно цепляется за него? Вряд ли дело только в гипотетическом позоре. Нет, здесь что-то еще.

Дарион продолжает смотреть. Он стоит так близко, что я чувствую тепло его тела. Вижу, как подрагивают крылья его носа, будто дарг никак не может насытиться моим запахом. Неужели ему так нравятся духи Анабель? Да, запах приятный, но слишком насыщенный, как у всех восточных духов. Поэтому я нанесла лишь каплю между грудей.

– Ну? – он наклоняется, вторгаясь в мое личное пространство. В его глазах появляются странные искры. – Так что ты решила?

Мне некуда отступать. За спиной только ствол дерева.