Прохожу в наш общий с Вадимом гардероб, ищу подходящие туфли, краем глаза замечая, как Вадик входит в гардероб в одном полотенце. Он удовлетворенно ухмыляется, заметив меня при полном параде. Скидывает с себя полотенце и начинает одеваться. Быстро хватаю бежевые туфли на высоком каблуке и выхожу в нашу спальню."

"Сажусь за туалетный столик, открываю свою косметичку, нанося легкий макияж в тон платью. Когда я наношу последний штрих в качестве помады, то замечаю в зеркале Вадима, выходящего из гардероба полностью одетым. На нем темно-серый костюм, белая рубашка в мелкую полоску и неизменно высокий воротник.

Вадим приемлет только такие рубашки и ненавидит галстуки, называя их удавками, поэтому практически никогда их не носит. Он поправляет отглаженный мной ворот, оставляет расстегнутыми пару верхних пуговиц и подходит ко мне. Демонстративно открывает ящик туалетного столика и вытаскивает оттуда часы с массивным ремешком. Часы на запястье Вадика это мой фетиш, и он это знает, поэтому надевает мои любимые часы, которые я же ему и подарила и специально одергивает манжеты, чтобы часы было видно. Беру духи, но не успеваю их нанести, как Вадик выхватывает флакон из моих рук. Смотрю на него ничего непонимающими глазами, а он усмехается и наносит мои духи на свои пальцы, берет мои запястья, и нежно втирает духи, потом капает на пальцы ещё несколько капель, и втирает в мою шею, поглаживая сонную артерию. Обожаю, когда он так делает, я забываю обо всем в этот момент и просто плавлюсь от его слегка шершавых пальцев на моей шее. Запрокидываю голову, прикрываю глаза, но его голос выводит меня из мимолетного наваждения.

— Ты готова? — спрашивает он и склоняется ко мне, чтобы поцеловать.

— Если ты закончил с духами, то я давно готова, — уворачиваюсь от его губ и быстро встаю с места.

— И долго будет продолжаться этот спектакль? — недовольно спрашивает он, но я не отвечаю, надеваю туфли и выхожу из комнаты.

Всю дорогу к ресторану мы не разговаривали. И меня напрягало это молчание, хотя я сама держала между нами дистанцию. Как быстро между родными и близкими людьми может повиснуть напряжение. Вадиму просто стоит признать свою вину и объяснить мне свое поведение.

Но он видимо слишком гордый, чтобы признать свою вину. Я места себе не нахожу, а он вполне спокоен. Вадик паркуется на стоянке возле ресторана, выходит из машины, а я покорно жду, когда он откроет для меня дверь. Представление начинается.

— Поля, надеюсь, что ты понимаешь, — говорит Вадим, предлагая мне руку.

— Да, я все понимаю милый, — обрываю его, натягиваю счастливую улыбку, и выхожу из машины. — Не бойся, я сыграю идеальную жену и не вынесу наши недомолвки в люди.

— Тебе ничего не нужно играть.