Как-то неприятно, когда тебя считают гнидой и предателем…

– У меня для тебя подарок, – сказал я вытаскивая из портфеля сверток.

– Мне от ментов ничего не надо, – Гоша чуть скривился, мельком глянув на сверток.

– А это не от мента. Мент бы сдал это куда надо, а я тебе отдаю… – я развернул пергамент и извлек огромный конверт.

Протянул его Гоше.

– Это явно не мне адресовано, – пробормотал с удивлением тот, прочитав строки на лицевой стороне. – Я не товарищ Щелоков.

– Не выеживайся уже, – буркнул я. – Загляни внутрь.

Гоша выудил из конверта подшивку из стопки стандартных серых листочков. Пялился в печатный текст несколько секунд. Хмурился. Затем нехотя полез в карман пиджака и выудил очки. Круглые и несуразные.

– Ни хрена без окуляров не вижу, – оправдываясь, проворчал он, водружая очки на нос."

"– Ха, – я не смог сдержать лыбу. – Первый раз тебя в очках вижу! Антуражно выглядишь. На историка похож какого-то. Точно. На Берию. Лысины только не хватает.

– Тише ты… – Гоша огляделся. – Не люблю очки. Не хочу, чтобы меня в них пацаны видели…

– Все, молчу. Ты читай, читай.

Гоша впился глазами в строчки. Переворачивал листы. Морщил лоб, периодически поправлял ворот модной цветастой рубахи, что-то бурчал.

– Откуда это у тебя? – наконец еле слышно проговорил он.

– Гостинец от Глеба Львовича. Но ты на Дубова зла не держи. Он ходу материалам так и не дал. Компромат собрал и спрятал у себя на квартире.

– Кто о нем еще знает?

– Бывшая следователь прокуратуры Федорова Галина Владимировна. Но она сейчас главный подозреваемый. Уже, наверное, даже статус обвиняемой получила по делу Дубова. Так что ее можно в расчет не брать. И пара моих надежных друзей-сослуживцев. Но они никому ничего не скажут.

– Занятные документы…

– Это верно. Я только одного не пойму. Почему Дубов тебя не сдал? Столько усилий потратил, чтобы закатать катран, материалы собрал, а потом все поставил на паузу. Может, ты подскажешь?

Гоша тихо хмыкнул – он явно знал ответ на этот вопрос.

– Долг карточный я ему простил, – улыбнулся он. – Поговорили мы с ним по душам. Выпили немного. Все непонятки выяснили. Я сказал, что уважаемых людей мне незачем в должниках держать. Мол, долг аннулирую. Он не ожидал от меня такого. Молчал сначала пару минут. Потом еще по рюмке хряпнули, тогда только он ожил, покряхтел и по плечу меня похлопал. Сказал, мол, извини, ошибся я. Не понял я тогда, за что он извинялся, только теперь вот дошло, – Гоша кивнул на бумаги. – Эх… Хорошо, что я тогда к нему поговорить поехал.

– Дай угадаю… А пили вы водку “Золотое кольцо”?

– Ну, да…

– На даче у Дубова, в “Березовой роще”.

– А ты откуда знаешь? – Гоша удивленно на меня вытаращился, – я никому об этом не говорил. А-а… Понял! Сосед по даче, наверное, тебе всё слил. Дедок такой пронырливый.