Гораздо проще кёрсте выдать вас замуж по договоренности. И тогда вашей маркой будет распоряжаться ваш муж, а уж у него-то никто не имеет права потребовать отчет. Даже вы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сказать, что эти слова меня обрадовали — это ничего не сказать! Я пришла в такой восторг, что как ребенок захлопала в ладоши. Кёрст Форшер встревожился:

— Кёрста Элен, может быть воды?! Вам дурно?! Может быть — врача?

С большим трудом я убрала с лица улыбку из серии — «рот до ушей» — и сказала:

— Кёрст Форшер, а вы уверены, что нет других лазеек?

Кёрст несколько минут размышлял, мысленно перебирая варианты, а потом ответил:

— Кёрста Элен, если они и есть, то я их просто не вижу.

Наш разговор длился не так и долго, но я выходила из кабинета законника гораздо более спокойная, чем вошла туда. А он, лично провожая меня до дверей, заявил:

— Я всегда верил в вас, кёрста Элен! С самого начала понял, что вы необыкновенная! — Он по-доброму улыбнулся и добавил: — Я постараюсь ускорить процесс и напишу вам, как только получу бумаги.

Прямо от кёрста Форшера я, в сопровождении Виты, отправилась в банк. Благо, что документ, подтверждающий права «старшей в роду» у меня был с собой."

"Банковский клерк некоторое время слушал меня с удивлением, а после, извинившись вышел из кабинета и вернулся со служащим рангом повыше. Серьезный и почтительный кёрст Гиймон выслушал мою просьбу довольно спокойно, но потом все же попытался переубедить:

— Кёрста Дюрайн, я понимаю, что у вас могут быть свои резоны для такого поступка, но уверены ли вы? Понимаете ли вы, что потом никакие ваши слезы не дадут доступа к этим счетам?

Я с улыбкой подтвердила, что все понимаю, во всем уверена и попросила поторопиться.

Визит к троку Крипу-младшему закончился вполне ожидаемо. Чуть удивившись и нахмурившись, он уточнил причину такой спешки. Я нахально и бессовестно соврала ему, что собираюсь выезжать с детьми на воды, на весь летний сезон и хотела бы закончить все дела до отъезда.

Через десять дней все необходимые документы были подписаны и заверены.

Признаться, я не ожидала такой наглости от кёрсты Эгреж.

Похоже, я просто недооценила садистскую составляющую ее характера. Она заявилась к нам в дом без предупреждения за две недели до назначенного ей кёрстом Форшером срока.

Сопровождал ее среднего роста мужчина возрастом около пятидесяти, с неприятным обрюзглым лицом, на котором все стремилось вниз — и наружные уголки глаз, и кончик крупного носа, и вечно опущенные углы губ.

В это время мы с Линком стояли одетые в прихожей, собираясь на прогулку в парк.