Как он умеет так выбирать?

— Потанцуешь со мной? — притянул к себе и наклонился к уху. — Нет, не смешно. Особенно, когда я думаю, что мог тогда отказаться участвовать в подставе генерала. Что меня могли не подстрелить. Что могли отвезти не к вам, а в городскую больницу. И я никогда бы не встретил такое чудо как ты, Оля. Настоящее чудо.

Она закрыла глаза, а когда открыла, чуть не охнула. Он так смотрел на нее — тепло, чуть улыбаясь, — что под этим взглядом смело можно было таять и ни о чем больше не думать.

— А ты загадал? — героически сумела перебороть себя и не растаять Оля.

— Загадал, — он окинул ее странным взглядом, — но мое желание уже исполнилось. Мы встречаем с тобой Новый год, а ты сама сказала, с кем встретишь…

— Мы оказались здесь случайно, Костя, — возразила она, стараясь не наступать Аверину на ноги. — Если бы не эта нелепая погоня, я бы встречала Новый год с Давидом, а ты с Дианой.

— Нет, — Костя снова склонился к ней, еще больше прижимая к себе, — мы бы встречали его с тобой. В любом случае. Я написал письмо Санта-Клаусу и положил в рождественский сапог. Попросил помощи, и он не подкачал.

— Ты бредишь?

— А ты не знаешь, как встречают Новый год в Хофбурге? Все собираются для обратного отсчета в Банкетном зале, ровно в полночь звонит колокол на соборе святого Штефана, и начинается праздничный бал. У меня было тридцать два готовых способа оказаться рядом с тобой во время обратного отсчета и еще десятка полтора сырых, недоработанных. А там уже, с кем встретишь…

— И куда бы ты дел Диану? — Оле не хотелось спрашивать, куда он планировал деть Давида.

— Я просто привез Ди на бал, Оля, Я не собирался встречать с ней Новый год. Мне нужно было дождаться ее нового жениха, чтобы передать из рук в руки. Она снова собралась замуж, этот мужик какая-то важная шишка, из-за него мне и пришлось согласиться на контракт. Меня очень сильно попросили люди, которым лучше не отказывать. Ее новый жених у них в фаворе.

— Я ничего не понимаю, — призналась она. — Ты же сам говоришь, что любил ее.

Костя помрачнел, но Оле отодвинуться не дал. А она чувствовала, какой незначительной преградой становятся между ними два слоя ткани — его брюк и ее платья. Совсем, совсем жалкой…

— Мы встретились через время на одном приеме. Кажется, лет через семь. Я больше не был нищим студентом, мы оба поняли, что чувства никуда не делись. Попробовали снова, но теперь уже я не был готов связывать себя браком. И она вышла замуж мне назло, а я закрутил роман с Жанной. Так и продолжалось дальше. Ди разводилась, выходила замуж, опять разводилась. Я менял женщин. Но потом мы снова пересекались. И это было… Это было слишком изнуряюще. Я не хотел любить Диану и не мог разлюбить, это чувство выматывало из меня все силы, опустошало.