И мы сели чай пить… с черствыми плюшками. Верховная на это дело посмотрела, головой укоризненно покачала, да не сказала ничего.

И вот сидим мы да о своем, о ведьмином, разговариваем. Тут Василиса на меня взглянула и лукаво так у Верховной спрашивает:

— Василена Владимировна, а что вы знаете о магичке Лианне Эльвейс?

— Эльвейс, — Верховная задумалась, но тут же заулыбалась, — как же, знаю. Она, поди, лет на пять вас старше, в выпускной группе должна быть, да?

Я насупилась, а Варвара хмуро так:

— Ага!

— Хорошая девочка, — Василена Владимировна прихлебнула чаю и куда-то вдаль посмотрела, — у них в семье эльфы отметились, вот в них и красотой пошла.

Помню, ребеночком как ангелочек была — хвостик золотистый, кудрявый, глазищи на пол-лица синие, как летнее небо, но главное — доброты в ней много. А уж в магическом плане равных ей и в семье мало было, да сильно батюшка сокрушался, что на боевую магию пошла. Хотя, помнится, мой нежный рассказывал, что в академии она и судьбу свою нашла, а уж парень жених видный.

В моей руке черствая плюшка начала ломаться! Варвара смотрит — усмехается, Рогнеда заволновалась, Бажена просто обняла.

А Василена Владимировна, все так же глядя вдаль, продолжает:

— Ох и добивался он ее года три. Лианна девочка видная, уж, зная ее маму, могу сказать, что в академии, наверное, первая красавица, да еще и умница такая. Неудивительно, что за ней вся мужская половина увивалась, да, как я поняла, она лучшему досталась.

Плюшка не выжила. Вот тут Василена Владимировна и заметила неладное. На меня смотрит удивленно, задумчиво, да и… поняла все.

— Ах он вомпер плешивый! — выругалась Верховная. — Ах кобель приблудный! Ах…

Тут дверь открылась, министр наш явился.

Ну мы все встали, чинно поклонились, а он нам:

— Здравствуйте, ведьмочки. — И у Верховной спрашивает: — Это ты на кого так ласково?

— На кобеля приблудного!

Злая ведьма — это страшно.

— Кобель внушение получил, информацию к размышлению также. Больше подобное не повторится, Василеночка, — с улыбкой проговорил некромант. — И с ректором побеседовал.

А мы с девочками разом восторженный стон издали — нет, ну така любовь, ну така, ну… ах!

Василена Владимировна и сама заулыбалась, смотрит на супруга с нежностью, да так же нежно и ответствует:

— Василису, Видану, Ярину, Белинду да Людмилу с собой забираю.

Наш министр на девочек посмотрел, потом на супругу и ласково так начал:

— Василеночка, тринадцать их, как раз число нужное, не разлучай, вместе-то они сильнее.

Василена Владимировна кивнула. Затем встала, передник поправила, прическу, а потом:

— Ай, ах… ох сердечко-то прихватило… а-а-а!

Уж мы-то перепугались, в передники сноровисто за каплями полезли, чаю еще налили, поддержали. А некромант стоит у дверей и только шире улыбается.