Глава 3

Рассмотреть гостью удалось, лишь когда они зашли в дом.

Она ступала осторожно, оглядываясь по сторонам, готовая в любой момент сорваться.

Пугливая…

Степану в какой-то момент перестало быть забавно.

Вот перестало и всё тут. Да и было ли забавно вообще – хороший вопрос.

Он смотрел на Потеряшку и медленно закипал.

Девочка хорошая. Он в этом не сомневался.

Молоденькая.

Загнанная жизненной ситуацией в угол.

То, что не бродяжка – он тоже не сомневался. Одежда у нее из масс-маркета, но чистая, опрятная.

И сама Потеряшка… чистая.

За последние годы Степан привык к общению с другими женщинами. Нет, не грязными. Более матерыми, что ли. Которые точно знали, что хотели от жизни и от мужчины. В этом нет ничего плохого. Напротив. Неважно кто – мужчина или женщина – заявляет о своей жизненной позиции, это здорово. Значит, человек целеустремленный и будет идти к поставленной цели.

Степан уважал такое. Почему бы и нет? Каждый хочет иметь не только на хлебушек с маслом, но ещё и на икорку.

Женщины по-разному шли к своему месту под солнцем. Кто-то впахивал за троих, строя бизнес. Кто-то предпочитал выйти замуж. Третьи женщины постоянно были в поиске лучшего и имели точные представления, что им подарят любовники на день рождения и на Новый год.

Степану нравились любые женщины. Почему бы и нет? Он холост, вполне может позволить себе романы. Единственные, кого он не трогал, – это замужние женщины. Табу. Тут и понятно. Ни к чему ему разгневанные мужья и лишние хлопоты.

Он всё же предпочитал быть единственным.

Его окружали ухоженные красивые леди. Неледи тоже были ухоженными и красивыми.

Потеряшка была другой.

Из той жизни, когда девочки «брали» не дорогим обликом и правильной подачей, а чем-то другим. Когда хватало одного взгляда на новенькую в классе, в школе, во дворе, и в груди рождалась буря эмоций.

Только Степан давно перерос дворовые влюбленности. А вот Женечка…

Как её занесло на дорогу? Вернее, от кого.

И какой мудак отпустил её в ночь без денег?

Женя мялась, переступая с ноги на ногу, и не понимала, куда себя деть. Из-под опушенных ресниц она ненавязчиво оглядывала большой холл дома.

– Разувайся. Гардеробная слева, – грубовато проговорил Степан, чувствуя, как раздражение разрастается. Он соврал Потеряшке, комплексом спасателя он не страдал. Но её в дом привел.

Чтобы сделать что?..

Он не благородный рыцарь. Она девочка взрослая. Напоит, накормит, спать уложит.

И лишь он решит, в чьей постели она будет сегодня спать.

Женя разулась и тотчас поджала пальчики на ногах. Снова несмело огляделась.

– У вас… красиво, – заметила она негромко.

Степан кивнул, скидывая пальто и проводя рукой по тщательно постриженным волосам.

– Есть хочешь?

Он перешел сразу ко второму пункту. Поить будет во время ужина.