Тут даже и говорить нечего. Причем, скорее всего, дважды. Не будет красивая, молодая девочка шастать по ночным малообитаемым кварталам, да ещё вблизи с дорогой.

Новый год прошел. Народ пьяный, шальной. Всё ещё гуляет. Адреналин вместе с алкоголем в крови – плохие советчики. Мордовороты на старом внедорожнике – тому подтверждение.

Обычному обывателю, работающему в офисе, ездящему каждый день по одному и тому же маршруту, проводящему свободные дни в ТЦ и клубах, кажется, что давно миновали времена, когда девушек насильно сажали в машины и увозили на дачи. Что сейчас жизнь мирная и относительно спокойная.

Ну-ну.

Степану никогда так не казалось.

Или у него особая «среда обитания»?

Потеряшка под его взглядом занервничала сильнее, заерзала.

Но голову в его сторону не повернула.

Что же ты, такая робкая, в машину к взрослому, незнакомому дяде села?

Хотя тут он её тоже понимал.

Лучше респектабельный мужик на дорогой машине, чем быдло с дороги или «обезьянник» в ментовке. Тем более в праздничные дни, когда там контингент подобрался соответствующий. Опера тоже злые – все празднуют, а они работают. Сорвутся ненароком. Девочку не к тем подсадят или к себе в кабинет уведут. Да мало ли.

Степан покачал головой и скривил губы.

– Так, Потеряшка, давай кое-что проясним.

Услышав прозвище, данное им, девушка вздрогнула и всё же посмотрела на него.

Вот. Так-то лучше.

Хотя в сумерках автомобиля мало что можно было разобрать.

Степан, не особо заботясь об интонации, продолжил:

– Я тебе задам сейчас пару вопросов. Ты мне на них честно отвечаешь.

– А если… не захочу? – осторожно, прощупывая почву, полюбопытствовала она, позабыв, что любопытство сгубило не одну кошку.

– Сдам тебя операм.

– С какой стати? – сразу же выпустила она коготки.

– С такой. Может, ты откуда-то сбежала… Да мало ли.

– Вы шутите, правда же?

За то, что он напугал девочку, Степану стыдно не было. Даже уже не помнил, как давно попрощался с этим чувством.

Сейчас его разбирали другие.

И если бы он хотя бы одно озвучил вслух, Потеряшка не разговаривала бы с ним, а дергала бы за ручку заблокированной двери, пытаясь выбраться наружу.

– С какой стороны посмотреть.

Он готов был поклясться, что девочка задышала глубже, снова разволновавшись. Оно и понятно. Она думала, что ей на жизненном пути попался спаситель. Ан нет, такой же хищник, только нацепивший на лицо маску цивилизованности.

Всё же жаль, что нет возможности рассмотреть девушку получше.

– Хорошо, – медленно и негромко отозвалась она. – Задавайте ваши вопросы.

Степану всегда нравились послушные девочки. В отношениях он не любил конфликты и строптивиц. Это по молодости, когда кровь горячая и дурь прет из всех щелей, стервы воспринимались, как желанный трофей. Покорить, приручить.