Я легла на пол и прижала ухо к щели под дверью, пытаясь расслышать, что же происходит и с кем беседует папочка. И вот чудо! Не знаю, кому он звонил, но он меня хвалил и рассказывал неизвестному собеседнику, какая я хорошая и умная девочка.

Я счастливо сощурилась и стала подслушивать дальше. Нехорошо, конечно, и воспитанные девочки так не делают, но должна же я знать, почему сижу тут взаперти!

Бабушка ругалась с мамой. Слов было не разобрать, но бранилась она громко. А потом кричать стал и папа.

— Это мое право отказаться от ребенка в пользу другого! — его голос разносился по всему дому. — И не вам тут командовать, я буду делать то, что считаю нужным. Мне она не нужна! Она балласт и выгоды от нее никакой.

— Какая выгода может быть от ребенка? Ты же ее столько лет растил, воспитывал и что, так просто выкинешь из жизни, словно и не было ее никогда?! Да пойми же ты, что не вернут ее потом. Это навсегда, понимаешь, ты же жизнь девочке сломаешь. Ты видел этих мигуми? Каратели! Ни чувств, ни эмоций. Ты хочешь, чтобы твоя девочка превратилась в это! Она же умненькая такая, здоровая, ну что еще тебе нужно?!

— Мне нужен сын! Я не хочу прозябать в нищете только потому, что у меня девка родилась, — от этих папиных слов стало так обидно и захотелось заплакать.

— Так иди работать там, где платят. Ты бездельник, — снова села на любимого конька бабуля. — Что ты трутнем паразитируешь? Не сын тебе нужен, пособия тебя волнуют! Думаешь, будешь их получать и заживешь богато? А совесть за погубленную дочь не замучает?

— Не замучает! Выучится и построит свою жизнь, как захочет. Эти мигуми жируют за счет государства. Им все дозволено и никто им не указ, так что благодарна мне будет."

"— Благодарна?! — голосила бабушка. — За что ей быть тебе благодарной? За то, что умрет молоденькой? Или за то, что семьи никогда не создаст и деток не родит? За то, что даже полюбить права иметь не будет? За это благодарить?! Одумайся Фалькоп, это же твоя дочь. Дочь, родная кровь!

— У нас будет сын, нравится вам это или нет. И я хочу этого сына! Судьба Селены меня не волнует, — услышав такое от родного папы, все же тихо заплакала. Я знала, что папа совсем меня не любит. Но одно дело знать, а совсем иное — это слышать. За что он меня так, я ведь очень хорошая.

— Но ты же даже еще не получил результат генетического обследования! Срок беременности еще маленький. А ты уже готов от нее избавиться, — умоляющими нотками уговаривала его бабушка. — Ну, обожди немного, пусть все прояснится с вашим сыном. Подай заявку на квоту, мы найдем деньги и оплатим ее. Добьемся разрешения на рождение сына, если он здоров. Ну, не спеши Фалькоп, пожалей доченьку свою.

— Чего ждать, — папа был непреклонен, — чем раньше подадим заявление на пособия, тем быстрее получим.