Но надо отдать должное мужчинам с игловидными дредами на головах, когда надо, они включили режим «сама серьезность» и не уступали в демонстрации силы ни аррафатам, ни арухам. Так, путем долгих переговоров, они-таки пролезли в проект по завоеванию Солнечной системы, а еще и наложили лапу на право брать человеческих женщин в жены.

И как я могла так недооценить расу этих проныр? Уезжая, они прихватили с собой одну из наших гражданских девушек. Пока та, хлопая глазками, любовалась красивым лицом одного из них, он красиво оплел ее уши лапшой. Заговорил бедолагу, а потом предложил познакомиться. Ну, она, наивная душа, и познакомилась. Улетала уже в качестве законной супруги, все также в недоумении хлопая глазками. Остальные же, наконец-то, поверили в интересный способ этих рас жениться. А то думали, что я им тут сказки рассказываю.

Провожая исчезающих в космическом пространстве хараков, мы разве что платочками на прощанье не махали. С нами спровадить этих ушлых гостей вышли и аррафаты. Видимо опасались, что те напоследок еще кого уволокут.

— А ты, Селена, также замуж вышла? — ненавязчиво поинтересовалась Ивана, восемьсот восьмой я ее теперь даже мысленно не называла.

— Почти, — тут же отозвалась я, — нашла раненого, решила по доброте душевной помочь и все, стала женщиной замужней.

— Жалеешь? — тихо шепнула Ивана.

— Нет, — весело хмыкнула и взглянула на Сферра, стоящего с Дас Тас Ту и еще парой мужчин чуть подальше. — Это вообще, единственное, о чем я не жалею.

— А о чем жалеешь? — в голосе подруги звенело любопытство.

— Честно? — я посмотрела ей в глаза. — О том, что пыталась тебя изменить. Жалею, что не понимала тебя и считала слабой, и чего уж скрывать, глупой девчонкой. Об этом жалею.

Она смутилась и даже немного покраснела.

— Ты изменилась и очень сильно. Прежняя семьсот сорок шестая никогда бы не извинялась перед младшей по званию и не говорила бы таких теплых слов.

— Я в аду побывала, Ивана, и многое там поняла. И тебя поняла, — выдохнула я. — Словно всю жизнь свою со стороны увидела.

Мы замолчали. К нам тихо подошла Ксения и так же уставилась во тьму, провожая взглядом исчезающий корабль.

— Я ей даже завидую, — тихо призналась она.

— Кому? — не поняла Ивана.

— Как кому, этой гражданской! Такие мужчины! При виде них аж кровь закипает. Я бы такого мужа с руками бы оторвала. А ей и делать ничего не пришлось, и чем я хуже? — сокрушалась Ксения.

— Ничем, — подбодрила я ее, — вон их сколько, выбирай любого!

— Любого не хочу, — уныло протянула Ксения, — а кого хочу, тот на меня даже и не смотрит.

О, это я знала, про кого она. Нашей бывшей девятьсот пятьдесят первой, а ныне просто Ксении, безумно понравился ад Коинфар.