В этом их счастье и их же трагедия. Сумел убедить женщину, что ты для нее идеальная пара, будет крепкая семья. Не сумел, значит, ждет такого аррафата одинокая жизнь и, в лучшем случае, если денег хватит, сын от любимой. К сожалению, второй сценарий развивается намного чаще.

Манох замолчал. Я же переваривала информацию.

— Я помню тот день, когда ты свалилась к нам на стуле. Это было так забавно, — манох посмеялся. — В тебе все было не так. Сразу было понятно, кто-то из неизвестной или малочисленной расы. Никто не понимал, чего от тебя ждать. А когда ты решила поселиться рядом с умирающим аррафатом, так и вовсе решили не связываться.

Мы же ночами мучились, ловя отголоски его разума. Он нас даже во сне терзал, мучил. Все ждали, когда же его арух добьет. А тут ты…

Да, я тоже помнила, что первыми меня встретил богомол и манох, которого я и окрестила в тот момент тараканом.

— А друг ваш где? — решила я выяснить судьбу богомола, здесь я его не видела.

— Хои? — собеседник тяжело вздохнул. — Погиб, наверное. Мы с ним коллеги по работе. Оба ученые генетики. Нас за нашу работу и приговорили к смерти. На потенциально опасные генетические разработки никто никогда лицензии не даст, а нам так интересны были исследования в области скрещивания особей разных генетических типов.

Ну, например, как нас с тобой.

Я в душе содрогнулась, рожать тараканчиков — это и в страшном сне не приснится.

— Все было чисто теоретически, — вздохнул манох. — Ведь разрешили же внутриутробное генетическое вмешательство при скрещивании близкородственных рас, так почему же не пойти дальше. Но все наши исследования уничтожили, а нас посчитали преступниками. Решили, что мы разрабатываем способы уничтожения иных рас.

Мы так и не смогли убедить судей, что не оружие готовили, а … да чего уж теперь, сами виноваты, знали же, что делаем.

Какое-то время мы молчали, а я то и дело поглядывала на потолок. Там, на арене, вот-вот должны были начаться бои.

— Ты первая подошла к аррафату, — манох, дернув усиками, уставился на меня, — коснулась его, позволила ощутить свой аромат. Ты сделала выбор первой, он после. Так что береги его, без тебя он не выживет. Слишком силен, а значит, уязвим. Примешь его, будешь счастливейшей из женщин.

Улыбнувшись, я решила чуть поднять маноху настроение."

"— Знаете, а у нас, людей, нет запретов на генетические исследования. К тому же, существуют существенные пробелы в знаниях. Нам бы такого ученого, как вы. Может, подумаете и к нам в Солнечную систему сбежите. Сначала, конечно, всех внешностью перепугаете, но, думаю, ваши знания оценят по достоинству.

Манох подергал жевательными лопастями и, кажется, усмехнулся.

— Я бы с радостью вас посетил, — кажется, моя идея ему понравилась, — а почему бы и нет.