Потому что Артура она скормила пираньям, а этот – «Ванечка» без грамма сарказма!

По его взгляду я вижу, как он сейчас вспоминает их сомкнутые руки и это её ласковое обращение.

Запал на мою шаманку?

Не нравлюсь я тебе?

Ты мне тоже не импонируешь, разноцветный.

– Дай-ка мне эти порты, – забирает их со стола Игорь Васильевич. – Устанавливай диаметр тридцать метров.

Выставляю нужные цифры.

– Иван, убери это в сейф, – отдаёт ему один порт. – Он в моей палате, пароль тот же, что и здесь. Свободны.

Тачка у Ивана спортивная, с низкой посадкой. Терпеть не могу такие. Неудобно садиться, неудобно выходить. Едешь практически лёжа. Но не вызывать же такси в конце концов. Мою тачку пригонят только завтра. Она на техосмотре.

Разговаривать мы оба желанием не горим, но через несколько минут поездки в полной тишине он открывает-таки свой рот.

– Как Мара?

– В себя не приходила.

Вот и весь разговор.

На самом деле он продолжается на другом плане. От тестостерона и ревности воздух становится вязким. Но нет ни одного повода проявить свои эмоции ни мне, ни ему.

К концу нашей поездки я, сдавленно матерясь, вылезаю из этой колыбельки на колёсах, пытаясь отдышаться полной грудью.

Иван уходит на второй этаж коттеджа, а я, ускоряясь, иду к Маре.

Все эти капельницы, провода похожи на паутину, в которой она застряла, и я замираю у её кушетки. С колотящимся сердцем стягиваю с её пальца прищепку, аккуратно выдёргиваю из вен иглы, снимаю маску. Прибор пищит…"

"Беру вялую кисть, обхватываю её браслетом. Защёлкиваю. Панель загорается красным. Всё.

Сажусь на стул рядом и утыкаюсь лбом ей в шею:

– Прости...

Глава 26 - Семья

Мне казалось, что как только я вырву её из трубок и проводов, Мара тут же придёт в себя. Но она не приходит. Врач запугивает меня «последствиями» и пытается подключить её обратно. Но ствол у меня, и это моя Мара. Поэтому весь медперсонал идёт нахуй. Ложусь опять головой на её кушетку. Прикасаюсь губами к запястью. Пульс трепещет. Не так ровно, как под капельницей, но и не так вяло.

Через какое-то время заходит Иван.

Он встаёт напротив меня с другой стороны кушетки.

– Зачем ты её отключил? Разве она тебе не дорога?

– Это её не убьёт. А вот тот порт, что ты спрятал в сейф, может.

– Почему?

И я кратко объясняю ему принцип действия.

– Зачем это Игорю? Что она сделала помимо шутки с пираньями?

– Он хочет знать, кто она такая.

– Пусть скажет.

– Она не скажет.

Почему-то я в этом уверен.

– Сам скажи.

– А я не знаю.

– Пленение её не убьёт.

– В некотором смысле – убьёт.

– В каком?

Я не знаю, зачем ему отвечаю. Наверное, хочу, чтобы человек, знающий пароль от этого грёбаного сейфа, оказался на нашей стороне, если всё вдруг пойдёт совсем плохо.