В конце концов пружина обиженно дзинькнула, и замок мгновенно открылся.

Комната оказалась точно такой, как ее описывала Елизавета: глухое помещение без окон, с небольшим вентиляционным люком. Ничего лишнего: в самом углу небольшой стол, на котором лежало пресс-папье, стопка бумаг и немецкая пишущая машинка, рядом — два стула. Огромный сейф стоял в самом углу.

Некоторое время Савелий ходил вокруг металлического ящика и изучал его. Своим поведением он напоминал акулу, которая, плавая вокруг намеченной жертвы, сужает круги, чтобы получше высмотреть, в какой же бок потенциальной добычи следует впиться зубами.

Савелию достаточно было одного взгляда, чтобы понять — отмычкой дверцу не взять.

— Быстро вы разобрались, господа банкиры, — буркнул Савелий. — Ладно, давайте посмотрим, что вы на этот раз придумали.

Савелий открыл чемоданчик, достал из него дрель, вставил в шпиндель сверло из твердого сплава и с усилием затянул.

— Ну, держись! — скрипнул он зубами.

Савелий приставил сверло к тому месту, где должен был крепиться язычок, и завертел ручкой дрели. Сверло медленно входило в сталь — из глубокой канавки поползла тонкая змейка стружки.

Через полчаса работы наконечник сверла продырявил три стальных листа, каждый из которых оказался в сантиметр толщиной. Савелий дернул дверь — замок держался крепко. В металлической коробке из-под английского чая лежал черный порох. Савелий взял бумагу и аккуратно засыпал в отверстие порох. Затем сюда же прикрепил огнепроводный шнур и, чиркнув зажигалкой, поднес к шнуру красноватое пламя. Порох, измельченный внутри бикфордова шнура, грозно зашипел. Савелий отошел в самый угол комнаты и с интересом стал ждать.

Через несколько секунд раздался глухой взрыв. Сейф основательно тряхнуло, и металлическая дверь, скособочившись, приоткрылась. Развороченный замок выпирал из дверцы. Савелий взялся за ручку и потянул дверцу на себя. Сейф послушно распахнулся, и вор увидел несколько ящиков, запечатанных сургучом, — на темно-коричневых печатях виднелся герб Московской биржи. Савелий разломал одну из печатей и открыл коробку. Она была до самого верха заполнена ценными бумагами. Другой ящик оказался потяжелее. Савелий открыл и его.

"

"На самом дне лежало несколько небольших коробочек из красного дерева. Он аккуратно приподнял крышку одной из них и увидел платиновую брошь с огромным темно-зеленым изумрудом.

— Вот это да! — невольно выдохнул он.

Изумруд по сочности цвета напоминал кошачий глаз, который немигающе и злобно смотрел на дерзкого, посмевшего нарушить его покой.

В темной лаковой коробочке лежал браслет, увенчанный тремя дюжинами крупных бриллиантов. Такой подарок сделал бы честь даже русской императрице.