— Ты все понял? — еще раз спросил Савелий, посмотрев на городового, который успел сделать очередной глоток.

— Да. Дело нехитрое, — улыбнулся собачий вор. — На площадке лежит ротвейлер, но мы с ним уже успели подружиться.

Замок негромко щелкнул, и Антон протиснулся в приоткрытую дверь.

Савелий посмотрел на городового, взбодренного доброй порцией спиртного: тот настороженно покрутил головой, пытаясь установить источник звука. Родионов облегченно вздохнул, когда увидел, что городовой повернул в сторону, но, сделав лишь несколько шагов, неожиданно развернулся и направился к запасному выходу.

Савелий сжал рукоять револьвера и большим пальцем осторожно взвел курок. Ему никогда не приходилось наводить ствол на людей — самое большое, на что он был способен, так это поупражняться в меткости стрельбы где-нибудь на пустыре, расстреливая пустые бутылки.

Городовой, не подозревая об опасности, продолжал двигаться в его сторону. Их разделяло только пятнадцать шагов, когда городовой неожиданно вновь откупорил флягу. С шумом выдохнув, он воткнул горлышко в рот и сделал несколько больших глотков, после чего довольно крякнул и важно зашагал обратно.

Родионов облегченно вытер рукавом вспотевший лоб.

За дверью раздались негромкие шаги.

— Почему так долго?

— Виноват, Савелий Николаевич, собак запирал.

Родионов понимающе качнул головой и решительно вошел в распахнутую дверь. Он прекрасно разбирался в плане здания и мог бы отыскать практически любую комнату. Однако его интересовал подвал, но, прежде чем проникнуть в помещение, нужно было открыть три стальные двери. Первая — запирала коридор, замок несложный, достаточно ковырнуть его пару раз отмычкой.

Дальше небольшой проход уводил на лестничную площадку. Здесь еще одна дверь — невысокая, но крепкая, она потребует больших усилий. Но вряд ли сумеет задержать больше чем на пятнадцать минут. После крутого спуска будет третья дверь, обшитая дубом. Савелию пришлось выложить целых триста рублей за то, чтобы узнать, какой тип замка стоит у него на пути в подвал.

Родионов быстро шел по коридору, и Антон едва поспевал за ним.

— Как же ты собак угомонил? — неожиданно поинтересовался Савелий.

Антон Пешня удивленно взглянул на Родионова и отвечал:

— А чего особенного, хозяин? Едва я появился, так они от счастья скулить принялись. Попотчевал я собачек, а потом повел за собой да в комнате всех и запер.

— Как же ты с ними справляешься? — едва замедлил шаг Савелий.

— Слово я заговорное знаю, — очень серьезно отозвался Антон Пешня.

— И какое же? — достал связку отмычек Савелий.

Без труда он нашел нужную отмычку — длинную, с тремя насечками на самой середине.