— Если вас устроит, то…

— Устроит, мы только пообедаем, — заверяю ее и машу Рустаму.

— Идите сюда.

— Мама, мама, меня папа съел, — кричит раскрасневшаяся довольная Майя.

Рустам держит ее, перебросив через плечо. Официант приносит детский стул для кормления, ставит рядом с нашим столиком, и Рустам усаживает туда Майю. Сам садится не напротив меня, где сидел Демид, а рядом.

— Что ты будешь? — спрашивает он дочку, листая меню.

— У нас есть детское меню, — подсказывает официант и переворачивает на нужную страницу. Там все блюда оформлены как смешные рожицы или мультяшные зверушки.

— Хочу! — тычет Майюша пальчиком в пюре с куриной котлетой. Пюре это море, котлета кораблик, а вместо паруса слайс из огурца, нанизанный на шпажку. — Можно?

— Можно, — смеется Рустам, а я смотрю на него и изумляюсь.

Ничего общего с тем угрюмым, мрачным мужчиной с тяжелым взглядом, за которым я наблюдала совсем недавно, сидя на этом же месте. Сейчас его глаза искрятся, он не сводит их с дочки, которая от такого неприкрытого восхищения еще больше болтает и резвится.

Ладно, сегодня они оба на взводе от встречи, не буду их трогать. Но на будущее стоит поговорить с Рустамом, чтобы мы придерживались одной линии поведения относительно ребенка.

— А ты что будешь? — неожиданно мою руку накрывает широкая крепкая ладонь. Поднимаю голову, и мы встречаемся взглядами.

Внезапно во рту становится сухо, язык отказывается подчиняться. Моргаю, погружаясь в черный обволакивающий бархат, а сама отчаянно пытаюсь зацепиться хоть за что-то. Пока не утонула, пока не затянуло окончательно. Но даже сил отнять руку не хватает.

И если честно, желания нет вообще.

Рустам держит за руку, не сводя с меня глаз. Официант терпеливо изображает изваяние. Я напоминаю себе подтаявшее желе.

Спасает ситуацию наш замечательный ребенок.

— И я так хочу! — требует Майюша у отца, хватая его за вторую руку и заставляя точно так же накрыть свою ладошку.

Наверное со стороны мы смотримся нелепо, но Айдарова это явно волнует меньше всего. Он берет наши руки в свои и с двух сторон подносит к губам.

Даже малышка чувствует, что что-то происходит. Она замолкает в кресле, нетерпеливо ерзает и даже делает попытку отобрать у Рустама свою маленькую ладошку. Но он не отдает.

Разворачивает внутренней стороной и осторожно целует. Затем то же самое проделывает с моей рукой, и когда его крепкие сухие губы касаются ладони, я не могу сдержать тихого вздоха."

"— Я вас очень люблю, — говорит Рустам изменившимся, чуть севшим голосом. — Очень.

Глава 44

СоняРустам играет с Майей в гостиной Демида «в домик», а я прячусь в кухне. Официальная версия — готовлю ужин. В реальности меня хватило только на то, чтобы разложить на столе нужные продукты.