Максим не кичился деньгами, но производил впечатление человека, который привык покупать дорогие вещи и окружать себя самым лучшим.

А теперь что? Наигрался в роскошь?

Ему явно плевать, он даже не смотрит по сторонам. Прямой наводкой идет к холодильнику, достает три жестяные банки и ставит их на столешницу, после чего смотрит на меня, словно хочет убедиться, что я еще рядом.

– Стакан, – лаконично сообщает он и достает его из шкафчика.

Он отходит к окну, и это начинает выглядеть так, словно он решил не давить на меня и соблюдать безопасную дистанцию.

Я подхожу к столешнице и рассматриваю набор из трех напитков: минеральная вода, минералка со вкусом лимона и что-то безумно сладкое, но без единого русского слова на упаковке.

Я открываю вторую банку и пью так, игнорируя стакан.

Постепенно тишина становится странной и сковывающей. Я стою спиной к Максиму, но все равно слишком отчётливо чувствую его присутствие. Кажется, он не двигается – то ли глядит в окно или в другую точку, то ли следит за моими движениями. Наконец я не выдерживаю и оборачиваюсь. Натыкаюсь на взгляд его голубых выцветших глаз.

"

"– Ты снимаешь дом, – говорю я. – Значит, ты задержишься в городе…

– Здесь довольно мило.

– Не ври!

– Почему?

– Тебе здесь не может понравиться. Здесь слишком спокойно и провинциально.

– Хорошо, пусть так. – Он пожимает плечами и всем своим видом показывает, что не настроен спорить.

Я щурюсь.

– Ты какой-то другой сегодня. Ты давил и добивался ответов, когда мы виделись в прошлый раз в моей квартире. А сейчас…

– А сейчас я увидел тебя с другим мужиком.

Его сногсшибательная прямота никуда не подевалась.

– Здравствуй, холодный душ. – Макс усмехается и отталкивается от стула, на который оперся.

Меня прошибает нервная волна. Я пугаюсь, что затишье закончилось и он вот-вот подойдет вплотную.

– Я хочу позвонить Игорю, – произношу поспешно.

И только в этот момент понимаю, что оставила сумку с телефоном в его машине. Я на ультраскорости выскочила из седана Игоря и, видимо, обронила сумку в салоне.

– Он сейчас не ответит. С ним говорят мои люди.

– Как? Ты так и не сказал, что с ним будут делать. – Я указываю на ладонь Макса, кожу с которой он стесал об челюсть Игоря.

 – Это неправильно, Макс. Вдруг ты ошибаешься на его счет?

Он молчит пару секунд.

– Ты, правда, переживаешь за него?

– Конечно, Макс. Я живая и в отличие от тебя умею привязываться к людям.

Я шумно выдыхаю, заводясь от собственной эмоциональности. Ну почему я такая?! Начинаю чаще дышать, сбиваться с мысли… Выбрасываю руку в сторону. Хочу сделать еще глоток воды, но попадаю пальцами не по банке, а по стакану. Тот опрокидывается и через секунду валится на пол.