Единственным человеком, который истинно любил это старинное заброшенное здание с зеленым царством цветов, являлась Груша. Здесь девушка проводила целые часы, копаясь в земле и ухаживая за растениями и кустарниками.

Едва коляска Урусовых въехала во двор и остановилась у большого двухэтажного дворца с мезонином, Андрей, который сидел вместе с кучером Фомой на козлах, быстро спрыгнул на землю и, подав руку княжне, помог ей спуститься. Татьяна, все еще выражая всем своим видом недовольство из-за того, что Елагин заставил себя ждать целых десять минут на промозглом перроне, царственной походкой проследовала на крыльцо дома."

"Елагин, поняв, что княжна не собирается давать ему никаких поручений, обернулся к Груше. Протянул ей руку, и девушка, улыбнувшись молодому человеку, оперлась на его широкую ладонь, затянутую в перчатку, и выпорхнула из коляски, поблагодарив его. Однако Андрей не отошел, а, лишь отпустив ее руку, придвинулся к девушке ближе и тихо произнес:

— Я хотел вас спросить, Грушенька, как вы провели эту зиму?

— Весьма интересно, — ответила девушка, устремив прелестный взор на суровое лицо молодого человека.

— Вы так долго не приезжали к нам в деревню, почитай, пять месяцев, — заметил Елагин дрогнувшим голосом, обращаясь к девушке, и, чуть склоняясь к Груше, пристально посмотрел ей в глаза и глухо вымолвил одними губами: — Я даже успел соскучиться по вам, Грушенька…

Девушка вмиг смутилась от его проникновенных слов и опустила глаза.

Андрей же замер над ней и, казалось, не собирался отходить. Он с интересом и тайными думами рассматривал стоявшую перед ним девушку, воспоминания о которой в последнее время постоянно бередили его сердце.

Грушеньке едва исполнилось восемнадцать, но страстные навязчивые думы о девушке уже давно преследовали Елагина. Ее округлое румяное лицо с нежной кожей, невозможно прелестное, юное и изысканное, с тонкими чертами, невероятными чудесными глазами, с пухлыми красиво очерченными губами вызывало в душе Андрея невольный трепет. Молодому человеку казалось, что красота Груши с каждым годом ее взросления сильнее расцветала, и порой Елагину думалось, что земная девушка не может быть столь прекрасна, будто выдуманная сказочная фея. Среднего роста, Грушенька обладала изящным станом, с невероятно тонкой талией, округлыми бедрами и высокой девичьей грудью. Ее легкая поступь, грациозность, плавность движений, нежный голос, немного наивный пленительный взор вызвали в сердце молодого человека потаенные пламенные терзания. Ее светло-русые длинные волосы, которые она обычно собирала в изысканный узел на затылке или в косы-крали над ушами имели сочный светло-медовый цвет, придавая ее коже теплый оттенок.