Хотелось свободы и глоток живительного чистого воздуха. От запаха чеснока подташнивало, а тело дрожало от нервов и напряжения. Мужчина был сильнее и прекрасно об этом знал.

- А то что, Нина? – чувствуя себя хозяином положения, да и, чего греха таить, моей жизни в целом, ехидно поинтересовался Аслан.

- А то нечем будет детальку полировать! – зло выпалила я, кивнув на бугор в районе его ширинки, которым работодатель недвусмысленно терся о мое бедро.

- Ты сейчас сама, как я скажу, ее отполируешь, сучка! Еще спасибо скажешь и добавки попросишь, да?! – взревел повелитель дохлых селедок, и его пальцы сжались, причиняя мне боль и, наверняка, оставляя синяки на коже.

Да катись все к черту! Лучше уж под забором от голода умереть, чем терпеть подобное! Одна крохотная мысль в экстренной ситуации заставила принять правильное решение и успокоиться. Страх отступил, дрожать я перестала. Передо мной всего лишь мужчина. А я кто? Я – женщина! Если верить классикам – венец творения, а значит…

И я улыбнулась, призывно и ласково. Как бы ни был взвинчен работодатель, все же немного опешил от смены моего настроения. Хватка на ягодице ослабла, что позволило совершить один нехитрый прием, которому обучал меня еще первый муж. Никогда всерьез не думала, что такой навык сможет пригодиться. Я со всей силы ударила носком ботинка хозяина почивших кальмаров прямо в голень.

- Что творишь, идиотка, да?! – заорал Аслан и запрыгал передо мной на одной ножке.

Упс… Кажется, он еще больше разозлился. На его глаза медленно опускалась кровавая пелена ярости. Но теперь у меня было расстояние для маневра и несколько секунд на раздумья. Немного, конечно, но вполне достаточно, чтобы упереться спиной в прилавок и судорожно искать на нем что-нибудь тяжелое для отстояния чести девичьей, да и вообще для самообороны в целом.

Предмет, как на зло, никак не находился, а враг, перестав скакать зайцем, неумолимо приближался. Рыночные весы я отмела сразу. Даже в состоянии аффекта мне не поднять такую тяжесть. А больше ничего подходящего не находилось, пока рука не натолкнулась на мягкий полиэтилен пакета-майки, наполненного халявной овощной и фруктовой гнилью от Нияза.

- Допрыгалась, кыаз-за! – нарочито лениво окидывая меня взглядом, Аслан медленно подходил. Слишком неспешно. И без того тонкие губы превратились в ниточки, отчего его рот казался уродливой щелью.

- Не подходи! – честно предупредила я, уже отыскав у пакета заветные ручки.

- Давно бы сама дала, да? – неприятно ухмыльнулся король сардин и лососей. – Ломаешься, как целка, да?!

- Не подходи! – выкрикнула повторно, давая ему возможность отступить."

"Предупреждению не вняли. Аслан сделал еще один шаг вперед, который и стал для него роковым.