Еще когда про ласты говорила, - расхохотался разноглазый. – Мой ответ – нет. Венец, переданный добровольно, не причинит вреда новому владельцу».

- Хорошо, - выдохнула я. Никто не ответил. Исчез что ли? – Камак!

«Чего тебе, женщина?».

- Спасибо.

И я… Я вздохнула полной грудью, направляясь к трем… нет, уже к четырем своим любимым мужчинам и одной чешуйчатой нахалке. Пока выбирала венец, к моей группе поддержки присоединился отец Кайла.

Я шла, а вокруг шептали: «Королева… Королева идет… Новая королева Ашшура…». Не угадали, господа ашассы!

- Что здесь происходит! – завопили от входа. – Я пока еще ваш повелитель!

Вид шиен Энавель имел помятый и сонный, словно только что очнулся в каком-нибудь чулане или пыльном закутке.

- Уже нет, - усмехнулся ректор. – На Ашшуре нет повелителя. Есть королева!

- Но амулет власти у меня! – взвыл повелитель. – У меня! У меня-я-я-я!

Еще одна жертва медных труб. И что им всем так власть покоя не дает? Разве нельзя быть счастливым самому, никем не управляя? Энавель достал артефакт и тот рассыпался прямо у него в руках.

- Как? Этого не может быть! – воскликнул ашасс.

- Может, - улыбнулась я.

- И что же мне теперь делать? – растерялся шиен Энавель.

- Жить. Вы же еще не пробовали.

Подошла и посмотрела в горящие гордостью глаза Лигейроса. Что-то они подозрительно блестели, словно огромный сильный мужчина вот-вот расплачется.

- Значит, на Ашшуре теперь королева, белочка? – хрипло спросил он.

- Нет, отец! На Ашшуре теперь король – самый достойный из всех королей! – я поднялась на носочки и водрузила на увенчанную тяжелыми рогами голову медный ободок. Едва проволока коснулась волос Рея, как тут же превратилась в массивную корону. – Да здравствует король Ашшура, шиен Рей Лигейрос!

Я вопила, кричала, все кто был в зале поддержали меня. Сыпались поздравления, пожелания. А потом мою ногу обвило что-то знакомое, родное и тут же переплелось с моим предателем. Кайл стоял рядом и смотрел на соединенные кисточки наших хвостов.

- Не кажется ли тебе, дорогая, что они тоже считают нас идеальной парой? – спросил Арборей.

- Доверять нужно не хвостам, а своему сердцу! – улыбнулась я, и первая поцеловала Кайла.

ЭПИЛОГ

САМЫЙ КОРОТКИЙ ЭПИЛОГ

- Нин, любимая, просыпайся! - пушистая кисточка хвоста мужа скользила по щеке и щекотала нос. - Просыпайся! Лори и Нолан уже подъезжают к границе шиенгарата.

Я открыла глаза и улыбнулась. Кайл за прошедшие пять лет нисколько не изменился. Все такой же красивый, высокий, заботливый и наглый. А в руках...

- Это что? - хрипло спросила я. - Груши?

- Ну, разумеется! - усмехнулся он. - Лучшие груши для самой очаровательной женщины, для моей любимой жены, для шиены Арборей.

Утренний поцелуй был долог, сладок, но продолжения не имел.