– Ай! – взвизгнула она и попыталась отмахнуться, но швабра ловко уклонилась и стукнула снова. Из глаз ночной хлынули слёзы. – Что ты делаешь? – крикнула она Анемоне, хватаясь за швабру и прижимая ее к полу. – Не смей меня бить!

– Не смей! – подхватила радужная, тоже кидаясь на швабру.

– Анемона, прекрати сейчас же! – прорычал Карапакс.

Сестра тем временем подняла ещё горсть камушков.

– Станьте опалами и сапфирами, – приказала она – и отвлеките Мракокрада, чтобы он перестал её искать! – Она разжала когти, и сверкающее созвездие синих и радужных камней вылетело в дверь.

 – Вот так! Теперь тебя никто не спасёт. Кстати, он сам сказал, что я могу применить магию, чтобы прибраться. Давай, принимайся за работу!

Швабра вырвалась из лап и ударила Кинкажу по зубам. Маленькая радужная зашипела от боли. Карапакс бросился к ней, но остановился в нерешительности. Наложить заклятие? Но скроет ли его магия Анемоны? А вот сам он раскроется перед сестрой точно! Как же это не вовремя!

Тем не менее делать что-то надо. Как помочь Кинкажу и Луне? Как поступит в такой ситуации незадачливый соратник?

Конечно же, произнесёт речь, призовёт к совести, уговорит, успокоит.

В конце концов, они брат и сестра.

– Анемона, – начал он дрожащим голосом, – подумай, что ты творишь…

– Бла-бла-бла, – ухмыльнулась она, аплодируя. – Ты всё такая же медуза, Карапакс. Не бойся, отпущу твою зазнобу с её надоедливой подружкой… но всё-таки не могу понять, что он нашёл в этой несчастной Луне? То ли дело я… – Она вдруг просияла. – Попробую-ка я заставить его это понять!

Пошарив в бассейне, принцесса выудила небольшой странный предмет, похожий то ли на телескоп, то ли на песочные часы.

– Во имя лун, что это такое? – Повертела в когтях, отбросила в сторону и подняла с пола обломок каменной плитки. – Стань серьгой, яркой и красивой, чтобы понравилась Мракокраду! – Рассмотрев витую серебряную змейку с рубиновыми глазами, довольно кивнула. – Отлично, теперь главное. – Пусть Мракокрад, когда наденет эту серьгу, станет относиться к Луне как к любой другой ночной, и только я стану ему интересна!

– Постой, так нельзя! – возмутился дракончик. – Да и потом, разве сработает твоё заклятие на Мракокраде?

С другой стороны, подумал он, если сработает, это к лучшему.

Может, так будет легче избавить Луну от влияния Мракокрада? Хорошо бы к заклятию что-нибудь добавить… но что? Снова усыпить? Или позволить драконам видеть его таким, как он есть? А может, заставить его выдать все свои коварные планы?

Или вообще убить?

Карапакс с отвращением передёрнул крыльями. Способен ли он на такое? И заслуживает ли Мракокрад смерти? В памяти возник образ одинокого дракона, оплакивающего в саду академии свою потерянную любовь.