Его тезка атаман Петр Сагайдачный скликал казаков в поход на турок. Поскольку предыдущий поход был очень удачным, от желающих поучаствовать отбоя не будет. Тем более, что один отряд, ходивший за добычей по Муравскому шляху в Московию, попал в засаду перед Белгородом и вернулся битый и без добычи.

У нас добыча была очень хорошая, поэтому я нанял людей, которые вытащили тартану на берег и по-новой просмолили ее корпус. Сейчас она стояла кормой на мелководье, а нос повернут вниз по течению. За день мы погрузили в нее паруса, весла, фальконеты и боеприпасы, которые лежали у меня в сарае, и бочки с солониной, мукой, пшеном, собранными со всей Кандыбовки, потому что от каждого дома кто-нибудь отправлялся в поход.

На следующее утро тартану столкнули на глубокую воду и отправились вниз по течению реки Чертомлык в Сечь на острове Базавлук.

Глава 20

Сколько раз я после «перемещения» ни проходил Босфор, мне все время не хватало Босфорского моста и Моста султана Мехмеда Ватиха. Ночью их подсвечивали разноцветными лампочками. Как и положено капитану, я торчал на мостике весь пролив, все его шестнадцать миль.

Мосты делали процесс немного интереснее. В семнадцатом веке попасть с одного континента на другой можно только с помощью паромщиков, которых в проливе бесчисленное множество, на любой вкус и кошелек, от двухвесельных лодочек до больших галер, способных за раз перевезти несколько сот человек. Паромщики первыми поняли, что к ним пожаловали непрошенные гости. Увидев эскадру из восьмидесяти чаек под предводительством тартаны, все турецкие плавсредства в северной части пролива, включая галеру таможенников, дружно прыснули к обоим берегам, а высадившись, поданные турецкого султана рванули вглубь материка. О защите родной земли никто и не подумал.

Мы пристали к европейскому берегу в том месте, где пролив делает крутой поворот. Течение само выкинуло наш флот на отмель. Нам оставалось лишь не мешать ему. Казаки, назначив в караул возле галер по три-четыре человека — опытного казака и пару-тройку джур, рванули грабить предместья Стамбула. На берегу пролива жили не самые бедные поданные турецкого султана. Были они разных национальностей и религий, в том числе и православные христиане, что абсолютно не мешало казакам грабить их.

Разве что убивали реже, чем мусульман."

"Я не захотел десантироваться. Поставив тартану на якорь в таком месте, чтобы просматривалась южная часть пролива, откуда может прибыть вражеский флот, с ее борта наблюдал, как дымы пожаров продвигаются всё ближе к столице Османской империи. У некоторых казаков просто мания поджигать всё. Такое впечатление, будто им в детстве запрещали костры разводить. Я опасался, что турецкий флот придет сюда и отрежет казаков от их чаек.