Напомнило мне то, что делали в Херсоне десять с лишним веков назад. Теперь, как мне рассказали, от города остались руины, которые растаскивали на постройку домов на месте будущего Севастополя.

— Из татарских земель вино? — поинтересовался я.

— Егия утверждает, что лазы делают, живущие неподалеку от Балаклавы, — ответил Петр Сагайдачный и сам задал вопрос: — Приходилось пить его раньше?

— Да, — подтвердил я. — Бывал несколько раз в тех краях на своем корабле, когда торговал с турками.

— Мне сказали, что ты — сын боярский, — произнес кошевой атаман, внимательно глядя мне в глаза.

— Мой род идет от князей Путивльских, — повысил я себе на всякий случай социальный статус, — но дед не ужился с царем Иваном.

— Говорят, лютый был царь! — воскликнул восхищенно судья Онуфрий Секира, который до этого словно бы не замечал меня."

"— А в каких местах еще в турецких землях бывал? — сменил тему разговора Петр Сагайдачный.

— Проходил вдоль всего побережья моря, но в портах не во всех был, — уклончиво ответил я, потому что в эту эпоху был только в Каффе, а что сейчас творится в других портах и как они выглядят, понятия не имел.

— Значит, дорогу к южному берегу знаешь? — задал он уточняющий вопрос.

Я понял, что это не праздное любопытство, и сообщил:

— Могу привести вас к Трапезунду, Синопу, Стамбулу. Только я поплыву на своем корабле, а вы — на чем хотите.

— Сколько придется плыть от татарских земель до южного берега? — спросил Петр Сагайдачный.

— Если в самом узком месте, до Синопа, то на веслах дня за два-три можно добраться. Смотря, какая погода будет. А потом повернуть на восток, к Трапезунду, или на запад, к Стамбулу. До последнего еще дня два-три идти, — рассказал я.

— В том районе много больших военных турецких кораблей? — задал кошевой атаман следующий вопрос.

— Я бы не сказал. В бухте Золотой Рог наверняка стоят несколько, а вот в самом проливе и в море возле него не видел ни одного. Им нужен попутный ветер, чтобы против течения выйти в наше море, а юго-западные ветра там редко бывают, или на буксире галерой вытащить, что займет световой день. На ночь пролив и бухту Золотой Рог на цепь закрывают, — проинформировал я и полюбопытствовал: — А что, собираешься на Стамбул напасть?

— Хотелось бы! — мечтательно произнес Петр Сагайдачный. — Жаль, силенок маловато!

— На разграбление окрестностей турецкой столицы много сил не надо, — подсказал я. — Они там не пуганые, живут без страха и осторожности.

— Не будем загадывать. К концу лета решим, — сказал он и опять сменил тему разговора: — Мне сказали, ты хочешь в наших землях поселиться.

— И не только поселиться, но и поучаствовать в набегах на неверных, восполнить потерянное во время кораблекрушения, — ответил я.