– Гораздо хуже! И, кстати, да, у меня уже пару раз возникало желание скормить тебя собакам.

Губы Мии сложились в чувственную улыбку. И зря. Потому что её открытая невинная улыбка вывернула душу наизнанку, выпуская на волю всех демонов. И если пару минут назад мне просто нужно было прикасаться к ней, обнимать, лелеять в стальных оковах рук, то теперь захотелось проверить, насколько сильно она жаждет меня.

Рука вновь легла на заднюю поверхность бедра красавицы, поднимаясь выше. Пальцы накрыли кусочек гладкой обнаженной плоти, и я прорычал.

– Проклятье! На тебе нет белья.

Снова! Вот безобразница.

Мия облизнула губу, зажмурившись, когда я проник в её дырочку.

– Такая мокрая и горячая… – стиснул зубы, ощутив, как член распирает от притока крови.

Она давно текла. Уже и сам находился на взводе, мечтая усадить её себе на колени, задрав подол шикарного вечернего платья, и хорошенько оттрахать. Я знал, что в первый раз всё произойдет быстро. Я просто не смогу сдерживать свои разрушительные эмоции. Мы будем заниматься сексом дико и неистово. Как два загнанных зверя. Как два хищника.

– Дем… мне пора, – промурлыкала, сильнее насаживаясь истекающей киской на мои пальцы.

Мия ерзала на скамейке, позволяя мне трахать её розовый бутончик.

– Ты такая узкая и тесная, маленькая – это настоящее блаженство. Я сейчас не удержусь и снова хорошенько вылижу тебя языком…

– Дем, я тебя ненавижу, – хныкала, изгибаясь всем телом, кайфуя от моих пальцев глубоко внутри себя.

– А ты доводишь до сумасшествия! Хотя у меня и так проблемы с головой. – Безжалостно впился пальцами свободной руки в её лицо, заставляя красавицу открыть глаза и заглянуть прямо мне в душу. – А если совсем рехнусь? Что тогда будем делать?

– Мне пора переодеваться на показ! Время уже…

– Не отпущу, пока не кончишь! Забыла разве, как я умею доводить тебя до дрожи? – Резко дернулся, когда маленькая проворная ладошка сжала мой невыносимый стояк через тонкую ткань брюк.

 – Хочу тебя целиком. Всю тебя. Ощупать каждый миллиметр тела. Без этой долбанной одежды. И не на этой убогой лавке. Хочу трахать тебя столько, сколько вдумается…

В паху пылало огнем, а грудь поднималась и опадала от прерывистого дыхания. Проклятье. Какая же она горячая!

Мия раздвинула ноги шире, позволяя мне играть с её набухшим клитором, в то время как её рука ласково скользила по моему стояку, и я сдерживался из последних сил, чтобы не начать стонать.

Мы жадно касались друг друга, словно в предсмертной агонии. Белокурая сирена бормотала что-то нечленораздельное себе под нос, вздыхая и тихонько вскрикивая, зажимая рот ладонью, чтобы нас никто не услышал. Раздвинув складки её нижних губ, стал интенсивнее вводить в лоно пальцы, стараясь как можно глубже буравить её влажную плоть.