- Руководитель кафедры просил зайти, - девчонка, кажется, со второго курса, с веснушками и двумя рыжими косичками топталась под дверью.

- Спасибо, - буркнула я, окончательно просыпаясь.

Перед смертью не надышишься, так что я решила поскорее закончить с самой неприятной частью нашего дела - объяснениями.

Быстро ополоснув лицо, на скорую руку расчесав волосы и надев форму, я вышла из комнаты и поспешила в кабинет главы кафедры зооцелительства. Сделав пару глубоких вдохов перед дверью, громко постучала.

- Заходите уже! – раздалось из кабинета.

- Доброе утро, - вежливо поздоровалась я, проходя внутрь.

- Вы правда считаете это утром добрым, леди Риар?

Завкафедрой стоял у окна, как и всегда, в идеальном костюме, черные волосы собраны в хвост, темные глаза сверкают из-под густых смоляных бровей, чуть крупноватый нос, губы сжаты в линию, волевой подбородок покрыт фирменной и очень шедшей ему щетиной, ночью она немного кололась. Ночью.

С воспоминаниями в лицо бросилась краска, но я стояла, прямо глядя на преподавателя.

Местор Альдер достал из кармана шар и подкинул вверх. По комнате пробежался солнечный зайчик. Я по-прежнему молчала, наговорилась уже в этом кабинете.

- Знаете, леди, а я вас недооценил, - преподаватель заглянул в шар, от чего у меня загорелись уши, щеки пылали давно. – Нет, серьезно. Я-то думал, вы несчастная девушка, которая выбрала не тот путь в жизни и не может этого признать. А оказывается, вы наглая и беспринципная шантажистка, готовая ради достижения цели на любую подлость. И даже залезть в мужскую постель.

- Я не… - местор поднял брови, ожидая продолжения, я же выдохнула. Да, пусть он думает обо мне именно так. Мне ведь это и нужно. – Я не хотела, чтобы до такого дошло. Но вы сами не оставили мне выбора!

- Значит, это я виноват?

- Да! То есть нет, но все равно, - почему я теряюсь в такой важный момент? – Я же просила, а вы остались равнодушны к моим мольбам и просьбам!

- Это нормально, леди Риар, здесь Академия, а не детская группа, и кого попало не держат. Если ученик не справляется – он вылетает. Так было и так будет.

- Но вы же… - меня затрясло: а если этот человек пожелает рискнуть и все обнародует? Сдаст меня властям? Родителям? Обернет мой шантаж против меня? Ушедшие, почему я думаю об этом сейчас, а не тогда когда готовила свой “гениальный” план? Почему-то мне казалось, что местор испугается потерять должность и сразу станет сговорчивым. Значит, рисковать должна я. – Вы не посмеете! Иначе это вам дорого обойдется!

- А вам? Неужели позор не страшнее отчисления из Академии?

Удивительно, но местор был спокоен. Убийственно спокоен. Вот если бы он орал, обвинял, пытался мне в ответ угрожать, я бы чувствовала себя проще. Именно я была бы жертвой ситуации.