- Мы в последнее время редко видимся, - даже пообедать и поужинать не всегда удается.

У местора имелись свои дела. На меня же насел Пильн, заявив, что раз он принял вызов судьбы вылепить за год специалиста из такой бестолочи, то придется нам обоим постараться.

А в те редкие дни, которые мы проводили вместе, занимались опять же учебой и подготовкой, обходя стороной все скользкие темы и острые углы. Так длилось уже два месяца, и я понятия не имела, что с этим делать. Да и стоит ли?

Правда, на день рождения я честно собиралась позвать местора. Но сначала все никак не удавалось его поймать, а потом, когда удалось, мы сидели в кафетерии и искали темы для разговора, чтобы не молчать за столом. И я подумала, что не стану его приглашать, лучше с одногруппниками посижу в академии, а потом с друзьями дома отмечу.

Преподавателя явно тяготила вся ситуация, про меня и говорить нечего. Местор служил живым напоминанием моей глупости и совершенных ошибок. Мне ему и в глаза-то смотреть нелегко. А приглашение на день рождения обяжет его не только приехать, но и подарок купить, а он для меня и без того много сделал. Даже если не брать в расчет всю помощь раньше, то новые артефакты, мелкий ремонт, какие-то бытовые мелочи, которые мы так и не нашли в доме, покупал завкафедрой. И чем дальше, тем больше я чувствовала себя обязанной.

Я так больше и не решилась назвать его по имени, даже когда мы были одни. Отгораживалась нейтральным и формальным “местор”. И преподаватель также продолжал обращаться ко мне на “вы”.  Кажется, дистанция между нами становилась все больше.

Мне все чаще вспоминалось наше знакомство, когда посреди года назначили нового завкафедрой, и он начал вести занятия. Все девушки восторженно приняли руководителя. У меня в ту пору еще был жених, нормальный, а не формальный, как сейчас, так что я старалась не восторгаться и не увлекаться посторонними мужчинами. Но была приятно удивлена, когда впервые пришла в кабинет куратора по его приглашению. Сидящий за столом собранный местор Саид Альдер в строгом костюме, не позволяющий себе ни расстегнутой верхней пуговицы на рубашке, ни ослабленного узла галстука. Только непослушные вьющиеся волосы чуть смягчали образ, не желая собираться в короткий хвостик и постоянно из него выбиваясь. На столе - папка с моим личным делом и табель с оценками.

- Леди Риар, - его голос звучал твердо и холодно. - Скажите, почему вы выбрали именно наш факультет?

Сейчас все будто повторялось. Пусть и обращался местор ко мне по имени, но выглядел всегда отстраненно. А вопросы: “Как дела? Как проходят индивидуальные занятия с наставником?” - не более, чем дань вежливости.

Пожалуй, встреча с ним только бы испортила мой день рождения, хотя, как ни старались друзья, он все равно проходил невесело.