— Философ Станислав Войцеховский!

Смеёмся.

— Кстати, — произношу многозначительно. — Коля мне недавно кое-что рассказал.

— Про инновации в нефтедобыче?

— Нет.

— А про что?"

"— Про то, что твоим условием для перехода на работу в компанию был найм меня.

Возникает пауза. Стас в замешательстве.

— У меня только один вопрос, — прерываю тишину. — А если бы я не согласилась на предложение Архипова?

— Во-первых, я знал, что ты согласишься.

— Да неужели?

— Да. Во-вторых, если бы не согласилась, я бы придумал что-нибудь еще.

— Снова был бы план на пять лет?

— Нет, думаю, я придумал бы что-нибудь побыстрее.

— Ну ты просто стратег и многоходовочник, — язвлю.

Стас опускается своим лбом на мой.

— Полина, — выдыхает. — Я пять лет мечтал тебя вернуть. Ты не хотела меня видеть и слышать, поэтому ехать в Париж и караулить тебя у подъезда не имело смысла, это бы только все усугубило.

— Усугубило бы, — подтверждаю. — Я бы не стала тебя слушать и вызвала полицию. Написала бы на тебя заявление в полицию за преследование.

Сейчас даже страшно думать, что я действительно была способна на такое.

— Я знаю. Поэтому пришлось придумать другой план. Он более долгий, но в то же время более действенный.

— Прости, — виновато шепчу. — Я должна была тебя выслушать и, конечно, не должна была скрывать Веронику.

— Мы оба совершили ошибки. Теперь главное их не повторить.

— Не повторим, — обещаю.

Тянусь к устам Стаса, припадаю к ним. Целуемся жарко, страстно, нетерпеливо. Соскучились друг по другу, изголодались. От каждого прикосновения его губ к моим распадаюсь на частички, на атомы. Прижимаюсь плотнее к мужскому телу, не скрывая своего желания. Хотим друг друга. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— Вы целуетесь! — раздается сбоку, и мы со Стасом отскакиваем друг от друга, словно нас кипятком обдали.

Вероника стоит в проходе на кухню и улыбается во весь рот.

— У вас любовь, как в фильмах? — продолжает вопрошать, пока мы со Стасом пытаемся отдышаться и прийти в себя.

Господибожемой! Вероника застала нас целующимися! И не просто целующимися, а уже почти раздевающимися! Какой ужас… Щеки заливает краской, я хочу провалиться сквозь землю.

— Как в фильмах! — гордо подтверждает Стас. — Иди к нам.

Дочка подбегает, и Стас сразу подхватывает ее на руку, а второй обнимает меня.

— Вы мои самые любимые девочки.

— А ты наш самый любимый папа! Правда, мам? — и вопросительно глядит на меня.

— Правда, — улыбаюсь, все еще смущаясь перед дочкой. — Чистая правда.

Я прижимаюсь к Стасу с Вероникой и чувствую себя самой счастливой на свете.

Через полгода, летом, я и Стас поженимся. У нас будет такая свадьба, о которой мы мечтали пять лет назад. Красивая, пышная, с гостями. Кольца нам вынесет Вероника.