Говорят, слово не воробей, а мы столько всего друг другу наговорили… Столько всего сделали, и это навсегда останется между нами.

— Да, так говорят. А еще… говорят, не горит там, где нет чувств. Если бы мы не любили друг друга, то разбежались бы тихо, без скандалов. Но каждая наша ссора, каждая стычка буквально кричит о том, что нам не все равно. Мы могли наговорить и точно наговорили друг друга всякого… от страха и злости в моменте, но когда все это рассеивается, остается лишь правда, и она состоит в том, что я не хочу тебя потерять! — заключает он, взяв меня за руку.

Не нагло и требовательно, но осторожно, с нежностью и заботой.

Вторая рука мужа поднимается и касается моей щеки, он скользит по скуле пальцами, вытирая слезинки.

Я плачу и даже не заметила этого, расплакалась от эмоций, растрогалась от его речи.

— Вот, довел меня до слез, а заявлял, что разговоры — это не твоя сильная сторона, — шучу я сквозь слезы. — Мне непонятно только одно…

— Я даже знаю, что именно, — вздыхает муж, отведя взгляд в сторону.

— Камеры. Откуда в нашей спальне — камеры?!"

"Эти камеры, которые фиксировали не только предательство, но и... нас.

Все наши ночи.

Все!

Я краснею.

— Подлец! — бью его по щеке.

Щелчок раздается громко, но он только улыбается, потирая щеку.

— Объясни! — требую я.

Муж насупился.

— Ты будешь надо мной смеяться.

— Да ты уж постарайся объясниться без своих шуточек, и я не стану смеяться!

— Я вообще не думал устанавливать камеры в доме, но потом среди мужиков пошел разговор о женах, и один приятель поделился, что его жена-домохозяйка заскучала, закрутила роман с работником. Пока мужик на работе, она развлекалась вовсю. Вот и я… какого-то рожна решил, на всякий случай поставить: вдруг, пока я работаю, какой-то сосед тебе глазки строит или что-нибудь такое… А потом… мне понравилось… — говорит через силу. — Наблюдать за нами со стороны, наблюдать за тобой, когда ты переодеваешься, как ты двигаешься и… Вот так. Все, больше не проси, мне и так стыдно объясняться в таком. Я вообще считал, что до этих камер не дойдет, что тебе одного моего слова будет достаточно. Болван самонадеянный? Признаю! А потом… Когда мы с сыном чуть друг друга не поубивали, когда я понял, что ты пойдешь на все, что готова даже сбежать от меня на другой конец света, только тогда я понял, что молчание не доведет до добра. Я понял, что есть ситуации, в которых доверие рассыпается и от него ничего не остается. Я понял, что всеми своими дальнейшими действиями только ухудшал ситуацию, только подкреплял твои подозрения. Поэтому и высказался. Есть ситуации, в которых должны говорить лишь факты. Прости, что довел все до абсурда. Я слепо верил, что делаю, как лучше, но не понимал, что этим самым лишь сильнее загоняю нас в тупик, а тебе это приносит лишь стресс.