Но… он понимал, что это знание может снова привести к катастрофе, потому как ведьмы выжили. Хотя и на женщин больше не походили. Они стали бездушны эмоционально, полностью слившимися с природой созданиями. Моего отца это удручало, мне виделся некий надрыв в его словах, когда тот описывал ведьм.

Повстречал он одну из них как раз вблизи Пустоши. Он был не сильно ранен. Его воины были без сознания, а между их тел ходила ведьма.

Он остался с ней на некоторое время, на то, какое она позволила ему провести с собой. А когда пришло время уходить, то он забрал меня.

Но главное, ждало меня впереди. На последней странице талмуда, повествующего о былых временах, был вложен конверт.

""Керстену и Этель"".

Значилось на нем.

Я рвано выдохнула. Мы засиделись так долго, что не заметили, как стемнело.

— Этель, подожди. Прочтем вместе. Давай пока перекусим.

Мы вернулись на кухню, из холодильного шкафа мой супруг принялся доставать овощи и мясо. На столе стояли булочки. Я взяла одну и с удовольствием ее съела, глядя в окно и раздумывая над той информацией, что узнала.

— Как думаешь, что нам теперь делать? — спросила то, что вертелось у меня на языке.

— Я думаю, что лучше оставить все как есть. Правда может никому не понравиться. Да и я не хочу стать тем, кто поспособствует охоте на ведьм.

— Я согласна с тобой. Но обо мне узнают…

— Мы будем настаивать на том, что у тебя такой врожденный дар и способность делиться им.

— Знаешь о чем я подумала. О тех единицах магов, что могут сдерживать Пустошь. Думаю, что они были наделены даром так же, как и ты.

— Значит, не всем ведьмам по нраву то, что происходит в мире? Это может быть нам на руку. Хорошо, если вас окажется много. То, на что способна ты одна поражает, но если вы все такое можете, то никто не сможет вам и слово против сказать. Вы станете новой силой этого мира. К сожалению, Пустошь растет день ото дня, рождая тварей, убивающих все живое.

— Но по описанию отца они скорее и есть природа. Одушевленные, но не испытывающие эмоций.

— Везде есть исключения. Например. Ты, — Керстен усалил меня к себе на колени. Я сделала тому бутерброд и передала. Керстен налил нам морса. — Я думаю, что Родерик не зря забрал тебя. Ты росла среди людей и переняла все от них. Выросла обычным человеком, чувствующим, заботливым, сострадательным. Думаю, что если бы ведьмы вернулись к людям, то они бы могли многое изменить в этом мире. Но это дело не одного дня. Да и надо отринуть старую вражду. Действительно виновные в трагедии ведьм маги уже превратились в прах.

— Моя мама, выходит, просто так отдала меня незнакомому мужчине, — опечаленно проговорила я.

— И я рад этому, как бы ты ни расстраивалась. Ты моя пара, моя жизнь и воздух.

— Ты с Арстеном теперь сможешь бороться с Пустошью.