– Также по приказу её высочества, – продолжил старик, не смея распрямиться, – я осмотрел остальных компаньонок…

Каждое его слово било по императрице, словно удар хлыста. Её глаза сузились, превратившись в две узкие щёлки, готовые испепелить любого, кто попадётся на их пути.

– Эта девчонка… – лицо Элиры Ри’Далэйн исказилось от накатывающего волнами гнева, заставляя кровь бурлить в жилах. – Да как только Амая посмела…

Воздух в зале наэлектризовался до предела, став почти осязаемым. Одна из служанок, не выдержав напряжения, рухнула без сознания, словно подкошенная.

– Стража! – взревела императрица. – Двадцать ударов плетью! А после вышвырните её из дворца! Полуобморочной размазне здесь нет места!

Эстар Морано боялся даже дышать, не то что произнести хоть звук. Он вжался в стену, пытаясь стать невидимым, но тщетно – взгляд императрицы, острый как клинок, всё равно находил его.

– И что показала проверка? – процедила она сквозь зубы, с трудом беря себя в руки.

– Девушки чисты, – проскрипел Люрэй, стараясь не обращать внимание на невыносимую боль в затекшей спине."

"Старик терпел из последних сил, понимая, что правительница намеренно держит его в унизительной позе, отыгрываясь за то, что он выполнил приказ принцессы. Но далее произнесённое им заставило императрицу застыть:

– Но только те, кто согласился на проверку, – добавил он, покачиваясь от усталости.

– Что это значит? – холодно спросила Элира Ри’Далэйн, из глаз которой буквально сыпались искры.

Евнух, всегда сопровождавший её, затаил дыхание, боясь попасть под бурю гнева.

– Леди Орэнс отказалась, ваше величество, – выдохнул лекарь, едва удерживая равновесие.

Старика качнуло в сторону, и он наверняка рухнул бы, если бы не вовремя подоспевший страж.

– Благодарю вас, – с трудом выдавил Люрэй, принимая его помощь.

– Дальше! – взревела императрица, не в силах сдержать бушующую внутри ярость. – Что было дальше?!

– А дальше, – кашлянул старик, вновь склоняясь в поклоне, – принцесса приказала собрать вещи этой леди и прогнать её из дворца…

Поместье Орэнс

– Ты… – задохнулся от услышанного министр ведомства астрономии. Его лицо мгновенно побагровело, а глаза, казалось, готовы были выскочить из орбит от ярости. – Ты… что сделала?!

– Дорогой… – попыталась успокоить своего разбушевавшегося супруга хозяйка поместья, но тот лишь небрежно отмахнулся от неё, словно от назойливой мухи, не сводя убийственного взгляда со своей дочери.

Девушка смиренно стояла перед ним, потупив взгляд в пол. Её руки дрожали.

– Папенька, я могу всё объяснить, – пролепетала она едва слышно, словно мышь, загнанная в угол. – Я посчитала, что подобная проверка унизительно-губительна для моей репутации.