– Здесь столько снега, что кажется, будто его хватит построить еще один Гельхемейр рядом, – сказала, усмехнувшись.

– Да, – хмыкнул универсал. – А весной все это тает и начинает стекать в ущелья. В такую пору реки часто выходят из берегов и студентов гоняют на практики по ликвидации потопов.

– Это полезно.

– Не спорю. У нас тут вообще очень много практики.

– А ты уже бывал на настоящей? На боевой?

– Это лето провел в Хельвинде, в местном патруле. Город, в принципе, спокойный, но случалось всякое. И драки разнимали, и вора-домушника ловили, когда он из очередного дома вылезал.

Один раз даже за контрабандистами гонялись.

– Ничего себе, – пробормотала я.

– А вот еще был интересный случай. В городе есть очень шумная семейная парочка. Что муж, что жена – оба те еще скандалисты и стоят друг друга. Но раньше супруг, бывало, поколачивал благоверную на волне какого-нибудь скандала, а та сразу бежала в участок. Мол, спасите, помогите, убивают. Мы хватали мужа, сажали в камеру и принимали заявление от жены. На следующее утро она обычно прибегала и устаивала истерику уже нам. Люблю, не могу, отпустите любимого, злодеи.

– А заявление?

– А что заявление? Ошиблась, перепутала, перенервничала… Только на моей памяти таких скандалов было аж четыре. Но в один прекрасный день начальнику участка это надоело. И когда дама прибежала спасать супруга, он не стал ее отпускать, а посадил в соседнюю камеру.

– За что? – удивилась я.

– За дачу заведомо ложных показаний. Сказал: заявление ваше у нас есть. Поэтому, либо вы признаете, что соврали, и тогда мужа мы отпускаем, а вы сидите за обман следствия. Либо он действительно вас избил и идет под суд сам.

– И чем это закончилось? – спросила с неподдельным интересом.

– Она так и не смогла определиться, – хмыкнул Иррис. – Неделю мы продержали их обоих в камерах, а потом отпустили. Вот только после этого как отрезало. Никаких скандалов, никаких драк и никаких заявлений.

– Лихо.

– Да уж. Эта практика многое мне дала.

– В этом году тоже туда пойдешь?

– Не знаю, – парень пожал плечами. – Как получится.

– А в Линте студенты работают на фермах. Обычные студенты, я имею в виду. Со мной вообще никто не хотел связываться, поэтому я оставалась в институтской библиотеке или на кафедре, у магистра Литис.

Только один раз ей удалось устроить мне нормальную практику в погодном бюро. Но и там на меня косились.

– Я же говорю, кретины, – покачал головой универсал.

Мы снова замолчали. Здесь, за учебными полигонами, территория академии заканчивалась. Было очень тихо и спокойно: ни шума, ни чужих голосов. Как в те ночи, когда мы ночевали в горах. Все же я не соврала Эвантее, сказав, что от похода остались приятные воспоминания. Даже поступок Стига не смог их перебить.