— Спасибо за урок, — я недовольно фыркаю и продолжаю путь. — Бутылки — это точно не мое.

— Яна, — глухо отзывается Алекс. — Постой.

— Да, что тебе надо?! — возмущенно взвизгиваю я, обернувшись через плечо.

— Поехали.

— Сама доберусь до дома. Я еще успеваю на метро.

— Да я тебя не домой повезу.

— Куда? — хмурю брови и скрещиваю руки на груди.

— Увидишь, — лицо у Алекса мрачное, а глаза серьезные и немного печальные. — Давай, без капризов.

— В лес увезешь и закопаешь?

— Ты не умеешь шутить, Яна. Тебе бы потренироваться.

— Ладно, удиви меня.

Меняю направление к парковке. Если я сейчас останусь в одиночестве, то натворю глупостей, а смурной Алекс, мимо которого я сердито топаю, внушает доверие, пусть и рожа у него бандитская.

Глава 21. В гости к призраку

Я немного выпадаю в осадок, когда Алекс привозит к Троекуровскому кладбищу. Машина паркуется на пустой парковке, и он выскакивает из салона. Молча. Нахмурившись, выползаю за ним под темнеющее вечернее небо. Тут даже воздух другой и отдает он горькой скорбью, а тишина пронизана легким ветром печали. Никогда не любила кладбища, потому что они напоминают мне, что я тоже смертна.

— Что мы тут забыли?

— Идем.

Ведет по тротуару мимо высокого забора к запертым воротам, у которых мы стоим минут пять, пока к ним не подходит крепкий мужичок в робе охранника и с фонариком в руках. Даже в темноте вижу на его лице глубокие морщины недовольства. Неудивительно, нормальные люди в это время готовятся ко сну, а не шляются по кладбищам в поисках приключений и призраков.

— Часы посещения…

Да кто же тебя будет слушать? Это обычных людей ты напугаешь расписанием и сердитым лицом, а Родион и его компания отважных и наглых друзей клали на часы посещения. Такое отношение злит остальных, но очень упрощает жизнь.

— Открывай."

"Сторож освежает лицо Алекса, который недовольно кривится, и кивает. Со зловещим скрежетом отпирает кованную и тяжелую калитку. Похоже, он знает Алекса, раз не стал повторять про часы посещения и угрожать полицией.

— Все равно поздновато вы приехали. Или стоило предупредить. Правила есть есть правила.

— Не гунди.

Сторож вручает Алексу фонарик, и мы неторопливо шагаем по аллее в гнетущем молчании. Также без слов идем по брусчатке мимо могил с надгробиями, что в темноте пугают до трясущихся кончиков пальцев и озноба. Среди мраморных плит сидят печальные статуи и торчат жуткие массивные кресты из камня. Днем, пожалуй, можно было поразглядывать тоскливую и мрачную красоту отдельных надгробий, но не сейчас.

Когда шелест деревьев и кустов нарушается громким и одиноким “Кар!”, я вскрикиваю и испуганно замираю.

— Яна, это ворона, — Алекс светит мне в лицо. — Вороны не опасны.

— Глаз выклевать они в состоянии, — закрываю лицо ладонями от слепящего света.