Плечи, ключицы открыты, талия и бедра подчеркнуты узким подолом, что напоминает русалочий хвост. Я не просто красивая, я… да у меня даже нет слов, чтобы описать, какая я вся воздушная, изящная и не от мира сего.

— Какую ты, папуль, красотку урвал, — ко мне подкрадывается Настя, пощелкивая фотоаппаратом.

— Да я и сам тоже ничего, — Родион встает рядом, приобнимает меня, и мы удивленно взираем на свое отражение.

И красота наша не в изысканном платье и не в дорогом строгом фраке, а в глазах, в которых читается изумление, радость и теплая любовь.

Виолетта громко всхлипывает и выбегает из комнаты, прижав платок глазам:

— Что-то мне душно.

— Что вы наделали, — Настя подскакивает и щелкает нас и себя в отражении, — довели злобную ведьму до слез.

—Ничего я не злобная, — раздается приглушенный голос из-за двери.

— Но ведьма, да? — хохочет Настя. — И сколько ты мне нервов с этим платьем вытрепала!

— Я?! Это ты меня чуть в могилу с ним не свела!

Через час мы стоим в торжественном зале загса с высоким потолками, что украшены лепниной, и ставим подписи. У меня дрожит рука, и подпись выходит корявенькой. На обмене кольцами я чуть не падаю в обморок, но Родион спасает ситуацию крепкими объятиями, в которых тревога отступает.

Гости, которых я по большей части не знаю, аплодируют. Мои родители и родственники немного испуганы громкими и басовитыми выкриками мужчин, ведь строгие костюмы лишь едва облагораживают их суровые и жесткие лица, среди которых даже Алекс и Петя со своим бандитскими рожами выглядят мальчишками."

"В общем, мои немногочисленные родственники, которые осмелились явиться в загс после нехороших слухах о том, что мой бывший муж пропал без вести, сторонятся других гостей и ведут себя очень тихо: шепотом поздравляют и в глаза Родиона не смотрят.

Мама дарит мне букет, обнимает и со строгой решительностью говорит:

— Я бы хотела познакомиться со сватами, раз уж мы семья.

— Да я сам бы не прочь с ними познакомиться, — Родион равнодушно и холодно улыбается.

— В каком смысле?

— В таком, что вашей дочери повезло, — спокойно поясняет Родион, — у нее нет свекрови и свекра.

Мать пятится и отплывает в сторону, ошарашенная тем, что муж мой — сирота. Я и сама об этом узнала неделю назад, когда потребовала немедленно познакомить меня с его родителями, ведь они должны знать, что их сын женится во второй раз. Он мне флегматично ответил, что он сирота и вернулся к стейку, а я весь ужин сидела и не знала, что ответить на эту грустную новость. Решила, что мои расспросы будут лишними и я дождусь момента, когда Родион сам будет готов поговорить. Однако забегу наперед, беседы этой так и не случилось.