«Спецназовцы не собираются отнимать у моих парней оружие. Просто беспокоятся за жизнь своего товарища и хотят убедиться, что он едет в одном купе не с бандитами, а с добропорядочными людьми. Теперь нельзя доверять никому, тем более первому встречному. Пусть убедятся, что мы законопослушные граждане», — решил про себя Транквиллинов.

— Парни, покажите нашему соседу свои документы на ношение оружия, — распорядился Транквиллинов, обращаясь к Осипову и Провоторову.

Те с нескрываемой неохотой подчинились его требованию. Как будто имели желание помериться силами со спецназовцами.

Парень ознакомился с документами телохранителей и остался доволен увиденным. Он возвратил их владельцам. Затем обратился к спецназовцам, обнимая их за плечи:

— Пойдёмте, друзья, я вас провожу, а то за разговором вы не заметите отправление поезда и вам придётся прокатиться со мной."

"Когда новый пассажир вместе со спецназовцами покинул купе и вышел на перрон, Провоторов недовольно проворчал:

— Ничего себе… Какого щепетильного соседа нам Бог послал.

— Принципиальности у него более чем достаточно, — высказал Осипов свою точку зрения о новом пассажире.

— Он спецназовец, если судить по его друзьям, и проявленная им щепетильность при виде штатских с оружием — это вовсе не блажь, а мера предосторожности. Теперь мы знаем, хотя бы примерно, кто есть кто и что собой представляет, — заметил Транквиллинов.

— Как без него было спокойно и, главное, не хлопотно, — вздохнув, с недовольством в голосе произнёс Провоторов.

— Я считаю, что в целях безопасности вам, Тарас Кондратьевич, следовало заплатить за все купе, тогда бы к нам этого парня не подсадили, — запоздало посоветовал шефу Осипов.

— Я об этом думал, но при продаже билетов кассир требовал предъявления паспортов, — объяснил Транквиллинов.

— Кассира можно было обмануть, предъявить ему паспорт кого-либо из наших знакомых. Хотя бы того же следователя Золкина, — продолжал рассуждать Осипов.

Развивать и дальше эту тему Транквиллинов не пожелал. Теперь свершившийся факт следовало принять, поэтому он потребовал от телохранителей:

— Офицер не виноват в том, что ему дали в кассе билет с местом в нашем купе, поэтому ведите себя с ним прилично и не задирайтесь.

— Да сто лет он нам был нужен, — расслабляясь, миролюбиво произнёс Осипов.

— А не ты ли, Николай Васильевич, несколько минут назад имел желание помериться силами со спецназовцами? — напомнил ему Провоторов.

— Я без необходимости с кем попало в драку не лезу, но и унижать себя тоже никому, даже спецназовцам, не позволю, — сердито ответил Осипов.

— Ваша обязанность охранять меня, а не кичиться перед незнакомцами своей принципиальностью.