А у меня, сквозь странный шорох, который издавала тварь, все пробивалась одна и та же мысль. Как могли в первый день отбора так рискнуть риторы академии?

Я внимательно посмотрела на монстра. Прямо из амебоподобного тела с чпоканьем выскочили на поверхность дополнительные глаза. Такой же нежной голубизны и с золотистой каймой, как и остальные. Глупые и сонные глаза чудовища.

— Его держали спящим. В темноте, — выпалила я."

"— Что?! — резко развернулся в черном, сжавшем его кольце Райден. Обычно лежащая единой волной грива белых волос распалась прядями, на виске пульсировала голубая жилка. Он пошарил глазами по полу и уставился на плотную тряпку, когда-то прикрывавшую клетку, а теперь скомкано валяющуюся внизу.

Набрав воздуха, он скорее захрипел, чем закричал.

— Всем! Тварь заснет в темноте. Немедленно выключайте светильники.

Не прошло и пары минут, как мы оказались в полной темноте. Только тяжелое дыхание людей и мелодичное затихающее фырчание монстра.

Щупальца медленно спланировали на пол и, отпустив схваченные жертвы, втянулись в клетку. Дальше нам осталось только натянуть плотную ткань тента за золотой куб.

Когда распахнулись двери и в зал зашли старшекурсники с риторами, я все еще стояла, одна из немногих. Моим скромным секретом стала золотая клетка за спиной, на которую я упиралась и даже чуть-чуть висела. А еще мне не давал упасть один вид парней рядом, они-то удерживались на ногах.

Ну не могла, не могла я упасть им под ботинки. Даже если бы еще одного монстра на нас спустили, я все равно рухнула бы только после парней.

Зато остальные лежали. Как были в цепи, так и осели вниз, продолжая касаться, держаться друг за друга.

— Ничего себе тест, — выдохнула я, оглядывая комнату, — а если бы кто-то умер от страха?

— Это Мамба, — раздался откуда-то сверху визгливый голосок. На мгновение уши заложило, — Мамба не кусает, Мамба только смотрит. Хех.

Я посмотрела на соседей, но они двинулись к выходу. Будто противный голосок слышала только я. Осторожно подняв голову, я обнаружила чистый и пустой потолок, выкрашенный в золото. Как же я теперь ненавижу этот цвет.

*здесь и далее псионикой будет называться присущие этому миру технологии преобразования силы разума в магическую управляемую энергию.

Глава 4

Вишенка на торте

Это был непростой день. Нас измеряли, изучали, просили «дышать не-дышать» целый день. Кормили тоже не останавливаясь. И все в шуме, любопытных взглядах отовсюду.

В итоге к вечеру я уже не могла никого видеть. Даже Моника, приободрившаяся и неостановимо стрекочущая, жутко раздражала. Непривычная ткань одежды вызвала зуд на коже, врач выдал вонючую, но бесполезную мазь.

Скорее всего перенервничала из-за странного голоса с потолка.