– Спасибо, – поблагодарила я батюшку. – Мы, наверное, поедем."

"Я мечтала теперь только об одном – сесть в машину и покинуть эту чёртову деревушку. Чтобы ничто кругом больше не напоминало о том, в какой паутине лжи я прозябала столько лет. Только вот беда – даже если убрать декорации с глаз долой, из памяти ничего никуда не денется.

– Распишитесь, – раздался наставительный голос батюшки позади нас, – а потом приходите. Обвенчаю вас, будете на причастия ходить, а детишки пойдут, так здесь и покрестим. Люди здесь у нас хорошие, добрые…

– Ага, и честные, – буркнул Лёня, на что я лишь криво улыбнулась, выходя на свежий воздух.

Он был кристально чистым, какой ощущаешь полной грудью так, словно его можно пить. Но мне казалось, что лёгкие от этого самого воздуха наполняются прогорклым смрадом.

Обратно в город мы ехали в полном молчании. Лёня сосредоточенно вёл машину, а я сидела, смотрела в окно и боялась думать о том, что глубина предательства мужа гораздо более бездонная, чем казалось поначалу.

Когда же мы припарковались у подъезда Жени, она обернулась ко мне и начала говорить с таким жаром, что сразу стало ясно: девушка Лёни очень близко восприняла всю эту ситуацию.

– Елизавета Андреевна, вы не думайте, что мы оставим всё так, как есть! – заявила Евгения. – Мой папа – он депутат. В прошлом, конечно, но связи у него остались. Мы привлечём к ответственности всех, уверяю вас! И призовём к ответу. Можем предать всё это такой огласке, что полетят головы, я вам клянусь!

Я положила руку на запястье Жени и сжала. Искромсанная в клочья душа стала плакать от того, что я понимала: рядом есть те, кто на моей стороне. Кто готов за меня биться, даже если у самой не останется сил. Это было так ценно…

– Женечка, спасибо тебе большое, но если огласку и делать, то не сейчас. Лёня, – перевела взгляд на сына, – у меня есть идея, как поступить дальше… Давай я её обдумаю сама, а потом все вместе соберёмся и обсудим, хорошо? Спасибо вам, мои хорошие, что вы со мной вместе… Спасибо.

Я не сдержалась, и из глаз покатились слёзы. Мне было так горько, так невыносимо обидно… Но я сильная и обязательно справлюсь.

– Мам… не благодари, ты что? – сказал Лёня не без удивления в голосе. – Мы одна семья. Вон, я тебя уже чуть невесткой не обеспечил.

Он улыбнулся, а Женя залилась краской. Хорошая они всё же пара, красивая и видно, что друг к другу есть чувства. Жаль только, что знакомство, о котором нам с Вадимом намекал сын, прошло вот так…

– Всё, я пойду пройдусь до дома, – сказала ребятам, на что они переглянулись с сомнением. – Хочу проветрить голову, а вы делами своими занимайтесь.

Я вышла из машины, и сын, сделав то же самое подошёл ко мне. Он вглядывался в моё лицо, ища на нём что-то, и я поняла, что он очень сильно переживает.