У нас же дел никаких совместных пока нет?

Чего мне стоило не замереть с кружкой наперевес и не показать своей реакцией, какие именно чувства родились в душе от сказанного мужем, знали только небеса.

– Нет, никаких дел. И конечно, поезжай. Как и обычно – отпускаю с лёгким сердцем, – натянуто улыбнулась я.

Вадим нахмурился, и я себя тут же мысленно одёрнула. Однако оказалось, что озадачен Евдокимов вовсе не моими словами.

– Слушай, а Лёня там планирует документы-то собрать для проведения сделки дарения? – спросил он, что вызвало у меня просто невероятную вспышку злости."

"– Конечно, планирует, – кивнула в ответ, и тут же мне в голову пришла очень интересная мысль. – Ещё как планирует, – добавила уверенно, и когда Вадик довольно разулыбался, закрыла машинку и попрощалась: – Ну всё, я побежала. До встречи.

И быстро, пока меня саму не накрыло желанием убивать, вышла из кухни, а после – из квартиры.

Оказалось, что делом Лёни оказалась очень милая девушка, которую звали Женя. Блондинка с огромными голубыми глазами, которая смущённо улыбнулась мне с заднего сидения и спросила:

– Елизавета Андреевна, вы не будете против, если я с вами поеду? У Лёнчика такой план классный появился!

Что там был за план, я не знала, но надеялась, что не по захвату мира.

– Конечно, я не против, – ответила Жене. – Только прыгай на переднее сидение, а я уж тут поеду.

Просить дважды девушку сына было не нужно. Она ловко перебралась вперёд и я, устроившись на её месте, прикрыла глаза, когда Лёня сорвал машину с места и выехал со двора.

Можно было немного подремать в попытке избавиться от нервного напряжения, которое владело мною неотступно.

Когда мы добрались до той самой церквушки, меня накрыло простым осознанием: вот она, та деревенька, в которой жила вторая семья моего мужа. И в которую он ездил в свои командировки и поедет еще раз буквально на днях.

– Мы решили сыграть роль жениха и невесты, которые хотят обвенчаться, – сказал мне Лёня, когда мы подошли к красивым дубовым дверям с характерной символикой.

– Да. И пусть скажут только, что не венчают без свидетельства о браке, – добавила Женя.

Я запоздало сообразила, что сын рассказал своей девушке всю нелицеприятную правду о той грязи, в которую меня погрузил Евдокимов. Но, в целом, это было вполне оправданно.

– Идём внутрь, актёры больших и малых, – покачала я головой, радуясь тому, что ребята отправились со мной и мне не придётся проходить через это в одиночку.

Мы вошли в церковь, где Женьку тут же обязали надеть юбку. Протестовать она не стала, а пока обряжалась в выданное одеяние под комментарии сына, я прошлась по церквушке и осмотрелась.

Она была небольшой, но очень уютной. И, судя по всему, денег на то, чтобы привести её в порядок, прихожане не жалели.