Я мог поклясться - этот ходячий вечный двигатель уже продумал все! Нашу с Цветковой свадьбу, совместных детей, ну и прочие милые шалости.

«Мне уже девяносто три! Сколько мне осталось? От силы лет двадцать? Я хочу наслаждаться жизнью!» - частенько говаривала мне Эля.

И она наслаждалась. Моей жизнью, продуманной наперед, в том числе.

- Где же эта милая девочка? - вертя во все стороны головой, спросила меня тетя, едва мы вошли в здание офиса.

Я прошествовал к лифтам с тетей под руку, искренне надеясь, что Цветочек сегодня - и впредь - воздержится от бунтов в виде неявки на работу.

- Милая девочка наверняка уже приступила к своим обязанностям, - сказал я Эле, и когда лифт довез нас до нужного этажа, добавил, прежде чем выйти: - И обещай держать себя в руках, тетя!

- Назовешь меня тетей еще раз, я расскажу Алиночке, как в три года ты обделал штаны, - пообещала Эля.

Я уже собрался было возмутиться, когда мне резко стало не до оскверненных штанов. Хотя, нет. Сейчас у меня кто-нибудь обделается прямо не сходя с места!

Грозный рев вырвался из моего рта помимо воли. Я высвободил руку, за которую почему-то уцепилась Эля, и, нагнув голову, помчался к столу Цветковой, возле которого ее нацеловывал какой-то тип!

- Дай ему сразу хуком слева! - закричала вслед тетя. - А потом поддых!

- Константин Павлович! - ужаснулась Алина, когда я сбил с ног ее хахаля и, пролетев с метр, едва не встретился носом со стеной.

Ну, сейчас Константин Павлович покажет, кто в доме хозяин!

Развернувшись, я убедился в том, что Виктор, если конечно, это был он, поднялся (лежачих я не бил), и вновь ломанулся к нему, желая почесать кулаки о его противную морду.

Он целовал Цветкову в моем офисе! Мою! Цветкову! В моем офисе!

У-бей, у-бей! - горланили демоны внутри меня, пока я, схватив этого гондольера за грудки, впечатал его в стену. И вдруг получил неожиданный отпор. Удар в мою челюсть вышел настолько внезапным, что на мгновение оглушил.

До меня, словно через толщу воды, доносились крики - подбадривания тетушки, призывы разнять нас - Цветковой. И причитания Арбузовой, которая вдруг решила, что меня, босса, между прочим, убьют прямо на рабочем месте.

- Отставить! - заорал я, когда нас все же растащили охранники. - Подать его обратно! Я из него отбивную сделаю!

- Остынь, поварешка! - выкрикнул хахаль Алины. - Тебе бы на бокс походить.

Он веселился, окидывая взглядом разгромленный офис и Цветкову. А вот мне было не до смеха. Чертов клоун! Ну он у меня попляшет.

- Витя… Витя, ты как? - бросилась к резиновому изделию номер два Алина.

- Он убирается из моего офиса! - рявкнул я и мотнул головой, давая понять Сереже, что держал хахаля, чтобы он выкинул это нечто вон.

- Я с ним! - вызвалась Цветкова."

"Ах, вот оно что? Ну, уж нет. Привела чужого человека на работу - будешь оштрафована.