— я засмеялся, вспомнив ее нелепый вид при нашей встрече на Буяне.

— Чудные вещи ты рассказываешь, Владислав. Мы про нее лишь из легенд знаем, а ты вот лично общался. Не зря муж к тебе тянется. С тобой интересно.

— Ага, интересно. Жаль, что не все так считают, — вспомнив девчонок, помрачнел я, — ну ничего, мы же здесь собрались не для того, чтобы грустить. Пусть все проблемы сегодня останутся за дверями этого прекрасного места. Тем более, я чувствую, нескоро нам ещё доведётся вот так отдохнуть.

— Это ты о чем? — насторожился Давыдов.

— Ну, с вами я могу быть откровенным, дядя Володя, — последние слова я произнёс с подчёркнутой иронией, — девчонок своих на Буян хочу свозить, пробудить в них силы.

Надеюсь, за пару месяцев управимся.

— На пару месяцев, говоришь, — задумчиво потер он подбородок, — я бы тебе не советовал сейчас этого делать. Тут такая каша заваривается в мире. Быть войне…

— Плевать на войну, — отмахнулся я, — у меня своя война…

— Нет, ты не понимаешь! — перебил меня Давыдов, сверкнув глазами. — Ты, как дворянин, князь, являешься военнообязанным. И твое участие в предстоящей войне даже обсуждаться не будет! Ну, не твое конкретно, конечно, благо, род у вас увеличился, но все же.

Хотя, я думаю, что придется воевать именно тебе.

— Опять выступать в роди пугала, отстаивая чужие интересы? — скривился я.

— Ну почему же чужие? — непритворно удивился он. — Или Россия вдруг стала тебе чужой? Да и твоя присяга служить империи не подразумевает отказа.

— А вот тут я вас удивлю, — усмехнулся я, — не давал я присяги Романовым. А дед, по старости лет, уже давно от нее освобожден. Так что, никаких обязательств перед ними у нас нет.

Мы лояльнывласти — это да, а вот они нам приказывать никак не могут.

— Да как же не давал?! — всполошился Давыдов. — Глава великого рода, не подчиняющийся законам страны проживания — нонсенс!

— Ну, во-первых, присяга дается в восемнадцать лет, а я в это время отсутствовал, а потом о ней все благополучно забыли. А во-вторых, почему не подчиняющийся? Мы чтим законы Российской Империи, но вот могут ли нам приказывать идти на войну — большой вопрос. Лично у меня такого желания абсолютно нет.

А даже если бы и было, то в свете последних событий точно бы исчезло.

— Это каких событий?

— Неважно, хотя, я думаю, вы сейчас лукавите и обо всем, на самом деле, знаете. Одно могу сказать точно — ни себя, ни свой род я в обиду не дам, а вот насчет остального будем думать. Я, хоть и стал главой, но такие решения сам принимать не буду. Посоветуюсь с родичами, а там решим.

— Послушай, Влад, есть простой способ все решить. Тебе надо на Буян, а нам не нужна война. Первое истекает из второго. Подумай.