Но мой собеседник, как нарочно, отклонился назад, а голос его звучал размеренно и ровно, почти равнодушно.

— И, несмотря на это, вы все-таки позволите нам поставить метки?

— Почему бы нет? — хмыкнул он. — Вы не опасны, не связаны с «чистыми» и будете постоянно находиться под присмотром — моим и моих… скажем так, подчиненных. Не вижу повода отказывать. Я даже не стану узнавать ваше настоящее имя, хотя выяснить у кого из членов совета остались в Кайнасе жена, дочь и беременная невестка не составит особого труда. Вы подпишете договор, этого достаточно. А если надумаете нарушить его, вредить мне или моему делу…

Тон его стал холодным, колким. Он не договорил, но и так все было предельно ясно. Обману — навлеку на себя гнев высшего, а, может, не только на себя, но и на своих близких.

В любом случае, за метку стоило поблагодарить.

— Спасибо...

— Это входит в мои обязательства, — усмехнулись в ответ. — Вы же читали — покровительство, защита… Помощь вам и вашим близким. Да, кстати, долг хозяину мясной лавки тоже полностью выплатят. Завтра… Мне надоело второй день слушать о приставаниях и «заманчивых» предложениях этого типа. Могу и не сдержаться.

Из темноты за спиной высшего раздалось согласное басовитое урчание.

— У вас, кажется, появился новый поклонник, — развеселился маг, и тьма заворчала громче и чуть обиженней. — Так что желаете добавить? — тон мужчины снова поменялся, став вопросительно-требовательным, властным.

Что добавить? Получается, что ничего, он почти все учел. Разве что только…

— Мне не нужен особняк в столице или другом городе. У нас есть небольшое имение на юге, недалеко от границы с Лагором… Бывшей границы. Помогите вернуться туда, если, конечно, есть еще куда возвращаться.

Не хочу жить в Кайнасе, с которым у меня связано столько неприятных воспоминаний, который так и не успел по-настоящему стать для нас домом. И уже никогда не станет. В незнакомое место тоже переезжать не хочу.

— Хорошо. Мои люди доставят вас, куда укажете, и окажут необходимое содействие. Еще пожелания?

— Да… — Поднесла к губам бокал, отпила, смачивая пересохшее горло. — Понимаю, вам несложно выяснить, кто я, но прошу этого не делать.

— Для вас это так важно?

— Предпочитаю быть Элис Бэар.

Другое имя — новая жизнь. Пусть девочка Аэлаисса с ее наивными мечтами и планами останется в прошлом — там, где сейчас Сэлмон ли Парс и все надежды на счастье. Так лучше.

Удар сердца… Еще один… И, наконец, сдержанное:

— Обещаю…

Высшие всегда держат свое слово…

Фу-у-ух…

— На этом все?

— Не совсем… — Выдавить из себя вопрос, который мучил все прошедшие дни, было не просто сложно — почти невозможно. И, в тоже время — необходимо.