А потом неожиданно отпустила и отодвинулась, позволяя оглядеться.

Мелкий, белый с серебристыми искрами песок. Ровная гладь прозрачного моря, вдали, у горизонта, сливающегося с таким же синим, как вода, небом. Полукруглая беседка с решетчатыми сводами и светлыми шелковыми занавесями. Ослепительно яркое, по-летнему теплое солнце. Чайки высоко-высоко. И тишина… Лишь чуть слышный плеск волн у самого берега.

Интересно, куда мы попали? Это не в Кайнасе, точно. Неужели у нас в Варрии есть такое чудо? Наверное, где-нибудь на побережье.

— Нравится?

Айтон стянул с меня плащ, обхватил сзади за талию, привлек к себе, и я оперлась на его плечо, полной грудью вдыхая чистый морской воздух.

— Очень. Где мы?

— В одном из моих родовых поместий.

— В Варрии? — не поняла я.

— Нет, в Лагоре. Я провел тебя тенями. Альтэ доступен это путь, если ее сопровождает связанный с ней алхор. Хотелось показать тебе мои любимые места.

— Спасибо, — поблагодарила совершенно искренне. — Я никогда раньше не видела моря, но всегда мечтала туда попасть. Мы с Сэлном собирались в свадеб...

Пальцы Айта сжались тисками, и я осеклась, не договорив.

— Твоего жениха больше нет.

Нет, это верно, сегодня утром я его окончательно лишилась. Не будет венчания, и поездки в приморскую Кладену, куда обычно выбирались молодожены нашего круга, тоже не будет. Потеря жениха не печалила нисколько, последние сожаления бесследно испарились сегодня утром. А вот море по-прежнему манило.

— Теперь у тебя есть я, — закончил высший твердо, и я решила не спорить.

Пока есть, а что случится дальше, знает только Пресветлая Каари. Ну, еще и Сахтар, наверное.

— Тебе не жарко, м-м-м? — тон Айтона неуловимо изменился, стал многозначительным и искушающим. — Твое платье слишком теплое для здешней погоды.

— Жарко, но у меня, кроме него, ничего с собой нет. Ты не предупредил, и я...

— Тогда... — мужчина развернул меня в кольце своих рук, поцеловал в кончик носа. — Предлагаю просто раздеться.

— Раздеться? — переспросила растерянно. — Здесь? Днем?

— Угу, прямо здесь и сейчас, не дожидаясь вечера. Когда жарко, люди всегда раздеваются, иначе можно задохнуться от духоты, — с преувеличенной серьезностью сообщил высший. — Ты разве не знала?

— Я...

— Снимают с себя туфли, чулки, верхнюю одежду... Вот так... Сначала расстегивают платье… Пуговичку за пуговичкой, — в голос Айтона прокралась легкая хрипотца, и от этого меня сразу бросило в жар, хмельно закружилась голова.

— Вот и щеки уже покраснели. Нет, надо срочно защищать тебя от перегрева. Я не прощу себе, если ты вдруг заболеешь.

— Айт... — всхлипнула беспомощно.

— Не переживай, тут никого, кроме нас, нет. И не будет без моего разрешения.

Его пальцы скользнули в распахнутый ворот и нежно коснулись груди, срывая с губ сдавленный стон.