Можно, но… муторно, — возвращаю голову на его грудь. — Мы должны помнить об этом, когда будем вредничать.

— А мы будем вредничать?

— Думаешь, не будем? — смеюсь я.

— Ладно, я разрешаю тебе вредничать, — вздыхает Адам и лениво поглаживает меня по голове.

— Будешь держать меня в тонусе.

— А если приду к тебе такому важному в твой крутой офис показывать…туфельки…

— Всех построю в шеренгу, и ты устроишь показ мод. Тебе надо, чтобы аплодировали?

— А ты можешь заставить?

— Могу.

У меня в голове всплывает картинка, в которой я дефилирую перед уставшими подчиненными Адама, и они хлопают в ладоши с лицами “за что нам это все”.

— Ты чего смеешься?

— За такое ты им должен будешь премию.

— Чего не сделаешь ради жены.

— Жены, — повторяю я, смакуя это слово и вновь всматриваюсь в глаза Адама. — Я не думала, что могу быть женой.

— А у тебя выбора нет. У меня был план и на твой отказ.

— Какой? — в любопытстве шепчу я.

— Я бы просто через месяц поставил тебя перед фактом, что мы женаты и вручил бы копию свидетельства о браке. И, кстати, Ваня дал добро.

— Так…

— А после мы внезапно и неожиданно перешли к пони и белкам. Я думаю, что он просто уже хочет, чтобы мы уже помирились, даже если кто-то кого-то заставит это делать.

— Торжественно объявляю, что мы помирились, — шепчу я в его губы.

— Еще нет, — расплывается в улыбке, а затем переворачивает на спину и заглядывает в глаза. — Нам за сегодня еще несколько раз придется мириться. Всю ночь будем мириться, Мила. И да, это самая настоящая угроза.

Эпилог

— Она такая странная, — шепчет Ваня, заглядывая в личико Танечки. — Такая… поднимает удивленные глаза. — Маленькая.

Таня в ответ морщит нос.

— Я твой брат, — Ваня шепчет ей в лицо. — Когда ты была в животике у мамы, я тебе сказки рассказывал. Помнишь?

Я переглядываюсь с Адамом, который сейчас, кажется, боится дышать, что не спугнуть Ваню.

— Твоя любимая про лягушку-ниндзя.

И не поспоришь, потому что когда Ваня начинал говорить о приключениях лягушки- индзя, Таня затихала и не пиналась.

— Я почти придумал новую сказку, — Ваня улыбается.

Таня моргает, пытаясь сфокусировать взгляд на Ване, и открывает рот.

— У нее зубов нет!

— Вырастут, — едва слышно отвечаю я.

— Я тоже был без зубов?

— Да, — Адам кивает. — Мы все были когда-то без зубов.

Ваня недоверчиво смотрит на нас, отступает и садится на ковер, не спуская подозрительного взгляда.

— Кстати, они уже у него скоро начнут выпадать, — шепчет Адам.

— Что? — Ваня округляет глаза. — Выпадать.

— Адам, — медленно выдыхаю я. — К такому надо же подготовить.

Ваня лезет пальцами в рот, ощупывает зубы и испуганно замирает."

"— Фатается. Один фатается…

Таня икает и причмокивает, глядя на Ваню, который сейчас заревет от ужаса.