Миссис Фергюсон, полулежа на груде подушек, плакала.

– Как вы себя чувствуете, мадам? – осторожно осведомилась Анжелика. – Могу я вам чем-то услужить? Может быть, вы желаете чашку холодного чая?

– Нет, – обиженно ответила хозяйка. – Я желаю, чтобы это покинуло наконец мое тело. Я больше не могу так жить, – заявила она, уставившись на свой гигантский живот.

Она по горло сыта материнством. Уже пятый ребенок за пять лет! Сколько можно?

– Мне нет дела до того, что будет говорить Гарри, но после этих родов он от меня больше ничего не добьется.

– Я слышала, будто после родов вся боль и все неудобства забываются, и женщины снова готовы стать матерями, – невинным тоном промолвила Анжелика.

– А вот я все помню, – сказала хозяйка и хмуро посмотрела на няню.

Беременность миссис Фергюсон переносила легко, но она мешала заниматься любимыми делами и надевать изящные платья. Сейчас хозяйка достигла таких размеров, что не могла носить ничего, кроме ночных рубашек, пусть и с кружевами. Стоило ей пожаловаться мужу, как тот рассмеялся, а затем уехал с друзьями, бросив ее одну.

– Привести вам детей в полдень? – спросила Анжелика.

– Нет, не надо. Они чересчур шумные. Пожалуй, я прогуляюсь у пруда. Не может же быть, чтобы на меня ничего не налезло. Помогите мне встать.

Анжелика помогла хозяйке подняться и отправилась вниз. Прачки как раз сплетничали, а Стелла гладила очередную ночную рубашку хозяйки. Одна из служанок заметила, что в такую одежду можно спрятать целую садовую беседку. Грубая метафора, но недалекая от истины. Впрочем, ждать родов оставалось недолго.

Анжелике было жаль миссис Фергюсон, хоть та и не очень располагала к себе. Но теперь хозяйка выглядела абсолютно беспомощной и несчастной – трудно было оставаться безучастной.

Из окна детской Анжелика наблюдала, как миссис Фергюсон, покачиваясь, медленно прогуливается по саду.

Вечером, уложив детей спать, она отправилась в зал прислуги выпить чаю и увидела, как одна из горничных поднимается наверх со стопкой полотенец и белья. Служанка заявила, что у миссис Фергюсон час назад отошли воды, и недавно прибыл доктор. Больше пока ничего не произошло.

– Я так взволнована, – призналась Анжелика. – Передайте хозяйке, что я думаю о ней и надеюсь, что все пройдет наилучшим образом.

– Надеюсь, они не прикажут мне остаться там, – нервно произнесла горничная. Ей было всего шестнадцать. – Я никогда не видела, как младенец появляется на свет, а мама и не хочет, чтоб я видела, пока сама рожать не стану.

– С доктором приехала помощь?

– Да, две сиделки.

– Тогда вы им не понадобитесь.

Служанка поспешила наверх, а Анжелика – в зал прислуги. Там царила суета. Доктору и сиделкам готовили чай и еду.