Мы обмениваемся ещё парой вежливых фраз, прежде чем Серафим откладывает чашку в сторону, его взгляд становится более пристальным.

— А как идут дела у вашего рода? Наслышан, что вы завели первых своих вассалов.

Вот оно что. Ну логично.

Я понимаю, куда он клонит. Смородины — древний род, но они сейчас как бездомные волки. Лишь имя да призрак былой воинской славы, а на деле — без сюзерена, без постоянных заказов и покровителей. Мои контракты — это всё, что у них есть. А у меня? У меня появились собственные вассалы — сильные, перспективные гвардейцы. И Серафим, старый пень, чует кровь и возможности.

— Да, так и есть, — спокойно отвечаю, делая глоток чая. — Мой род вырос. Но я стараюсь держать своих вассалов близко. Вы неплохо показали себя, ставя щиты моим корпоративным работниками и наемной московской охране. А потом Смородины тоже могут быть частью моей команды. Если это, конечно, в ваших интересах.

Серафим откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы перед собой. Его глаза изучают меня с напряжённым любопытством.

— Вы хотите сделать нас своими вассалами? — голос скрипит как кресло-качалка, но в нём скрывается сомнение и надежда одновременно. — Что же, весьма щедрое предложение, Данила Степанович. Но…

— Но вы боитесь разделения, — перебиваю я. — Ваш род мал, не так ли? Вы боитесь потерять то немногое, что осталось, если я начну перераспределение и отправлю ваших людей по своим резиденциям.

Серафим сжимает челюсть, вздыхает.

— И всё же, — продолжаю я. — Без сильного сюзерена вам будет трудно. И этот выбор придётся сделать рано или поздно. Я предлагаю вам возможность. Часть ваших людей станет работать в моих главных резиденциях. Это даст им опыт, связи и, конечно, защиту.

Серафим качает головой, словно борется с внутренним голосом. Этот старый лис до последнего цепляется за остатки независимости своего рода. Но головой он понимает: этот путь в никуда.

— Но всё же, так ли это необходимо? — медленно произносит он. — Мы могли бы продолжить работать на вас в том же статусе, что и раньше. Без вассальных обязательств.

Я улыбаюсь. Разумеется, он будет пытаться. Упрямый старик."

"— Серафим Григорьевич, вы сами всё знаете. Одни контракты — это ненадёжная основа. Мои вассалы получают не просто деньги, но и безопасность от травли больших столичных хищников. Кроме того, я не могу позволить себе держать вокруг просто наёмников. Я работаю с людьми, которым доверяю и на которых могу положиться. Вы же не хотите, чтобы ваш род был просто временной тенью?

Серафим сжимает подлокотники кресла.

— Мы… — он бросает взгляд на Катю, стоящую чуть поодаль. Она тихо наблюдает, не вмешиваясь. — Мы… да, не хотим, — наконец, уступает он, голос слегка дрожит.