Порой он готов был поклясться, что видел краешком глаза, как обитатель картины зевает или почёсывает нос, а один или два раза тот просто уходил из рамы, оставляя грязновато-коричневый холст совершенно пустым. Но премьер-министр приноровился пореже смотреть на картину, а в случае чего, твёрдо говорил себе, что это просто обман зрения.

Но вот три года назад, в очень похожий вечер, когда премьер-министр сидел один у себя в кабинете, портрет вновь объявил о посещении Фаджа, который тут же и выпрыгнул из камина, промокший насквозь и в состоянии полнейшей паники. Не успел премьер-министр поинтересоваться, чего ради он поливает водой ценный аксминстерский ковёр, как Фадж понёс дичайшую околесицу про тюрьму, о которой премьер-министр в жизни своей не слыхал, про человека по имени Серый Ус Блэк, про какой-то неведомый Хогвартс и про мальчика по имени Гарри Поттер. Всё это ровно ничего не говорило премьер-министру.

— Я только сейчас из Азкабана, — пыхтел Фадж, стряхивая воду с полей своей шляпы-котелка прямо к себе в карман. — Это, знаете ли, посреди Северного моря, полёт весьма неприятный… Дементоры волнуются, — тут Фаджа передёрнуло, — у них никогда ещё не случалось побегов. Словом, я вынужден обратиться к вам, премьер-министр. Известно, что Блэку уже случалось убивать маглов и, возможно, он планирует снова присоединиться к Сами-Знаете-Кому… Но вы ведь даже и Сами-Знаете-Кого не знаете! — Фадж безнадёжно уставился на премьер-министра, затем сказал: — Ну ладно, ладно, садитесь, я уж вас проинформирую… Выпейте виски…

Премьер-министра слегка задело, что его в собственном кабинете приглашают присесть, да ещё и угощают его же собственным виски, но тем не менее он сел. Фадж вытащил волшебную палочку, создал прямо из воздуха два больших бокала с янтарной жидкостью, сунул один в руку премьер-министру и пододвинул себе стул.

Фадж говорил больше часа. В какой-то момент он не пожелал произнести вслух некое имя и вместо этого написал его на бумажке, которую вложил в не занятую бокалом руку премьер-министра. Когда Фадж наконец собрался уходить, премьер-министр встал следом за ним.

— Так вы считаете, что… — Он прищурился, вглядываясь в запись на клочке пергамента, который держал в левой руке, — что лорд Вол…

— Тот-Кого-Нельзя-Называть! — прорычал Фадж.

— Прошу прощения… Вы считаете, Тот-Кого-Нельзя-Называть всё ещё жив?

— Как сказать… Дамблдор утверждает, что жив, — ответил Фадж, застёгивая у горла свой полосатый плащ, — но мы его так и не нашли. Если вас интересует моё мнение, то, по-моему, он не опасен, пока у него нет сторонников, поэтому волноваться следует главным образом по поводу Блэка. Так вы опубликуете наше предупреждение? Отлично. Что ж, надеюсь, мы с вами больше не увидимся, премьер-министр.