Я вернулась в кухню и застыла на пороге, потому что первое, что увидела — была рыжая кошка, преспокойно лежавшая у очага и вылизывавшая лапку.

— Ты как сюда пролезла?! — поразилась я и на всякий случай оглянулась — не стоят ли в коридоре Черити или близнецы, а то и строгая госпожа Бонита. — Ты… — я подошла к кошке, но она подняла на меня мордочку с самым невозмутимым видом, — Ты — проныра, вот ты кто!

Я положила перед кошкой хлеб и хвостик, но она даже носом не повела.

— Ещё и лакомка! Тогда ничего не получишь, — поругала я её, но потом смягчилась. — Ладно, оставайся.

Но если Джоджо или госпожа Бонита тебя прогонят…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Налив в котелок воды, я повесила его над огнем и достала миску с квашеной капустой, а потом открыла бутылку с постным маслом. По всей кухне тут же пошел кислый, резкий запах.

Кошка зашипела, вскочила и чихнула.

— Даже ты нос воротишь, — сказала я ей со вздохом, заправляя капусту маслом. — Что же говорить об этих бедных детях?

Кошка ещё раз чихнула и начала точить когти о мешок с орехами, поглядывая на меня так хитро, словно предлагала стать участником бунта на корабле… то есть в доме де Синдов.

— Не подбивай меня на самовольство, — погрозила я ей пальцем. — Мне сказали приготовить гороховый суп, и я намерена его приготовить.

Кошка фыркнула, как будто усмехнулась, а я опять замерла, уставившись на мешок, полный орехов.

Конечно же я не думала, что она понимает меня, и разговаривала совсем не с кошкой, а с собой… Но что-то подталкивало… что-то заставляло бросить вызов всем этим правильным постникам, которые в своем религиозном рвении готовы были уморить детей голодом… И вряд ли я бы осмелилась на это, если бы рядом не оказалась рыжая кошка…

— Ладно, уговорила, — сказала я решительно и завязала фартук покрепче.

 — Устроим им настоящий постный ужин.

Глава 5

Когда Джоджо ворвалась в кухню, кошка была благополучно спрятана в моей комнате, а я с удовольствием ужинала. Передо мной стояли тарелка с супом, чашечка гороховой каши и несколько меренг на блюдце.

— Вы что тут устроили?! — произнесла служанка свистящим шепотом.

 — Госпожа Бонита в ярости! Она вас убить готова!

— Убьет? — поинтересовалась я, отправляя в рот ещё одну ложку супа.

— Немедленно идите к ней, она вас требует, — голос Джоджо дрожал, но непонятно от чего — от страха или от негодования.

— Отправляюсь немедленно, — заверила я её, поднимаясь из-за стола. — Кстати, ваша порция — вот здесь. Я поставила суп и кашу на угли, чтобы были теплыми, когда вернётесь, а меренги положила на…

— Вы — сумасшедшая! — Джоджо схватилась за голову, сминая чепец.