— У нас здесь только рябиновые бусы среди баб водятся, — проворчал он и, взглянув на феру Рьяну, вредно изогнул губы и добавил: — В ночь, когда нарадость Бирна были доставлены ваши подарки в виде тел ханыма и выродка Гасми, нам как-то не до украшений было. Шкуры свои спасали спешно. Там хватали хлеб да одеяла наперегонки.

Она замерла на несколько мгновений и кивнула, соглашаясь с ним.

— Это мне в ответ на щенка? Хорошо, ты с зубами, я запомнила.

— Он с зубами, а я с подарком, — Густов осторожно подобрался ко мне, при этом он поглядывал на недовольного Вегарта, которому что-то тихо объяснял Дьярви.

Император Айдан уже нависал над Льюисом и, кажется, искал себе место там. Рядом с моей дочерью. Что совсем уже не радовало.

— Прежде чем откажетесь, фера Гресвиль, хотя бы посмотрите. — Он полез в карман и достал простой холщовый мешочек. Я сейчас пытаюсь отгрызть себе землю севернее вечнотуманного леса. Там племена медведей. Бурых и черных. Хочу их объединить и править. Так вот, у них шахты, в которых камешки добывают. Такие прозрачные, всё забываю название, — он развязал мешочек и вытряхнул на свою огромную ладонь серебряное украшение — цепочку, к которой аккуратно были прикреплены красиво ограненные камни.

— Это топазы, — пришла на выручку мужу Кнесе. — Вы мне теперь сестрою будете, так что примите от нас. Мы правда, не хотели портить вам праздник. Но… Он же мне брат, как я могла не увидеть, как он женится?

— Это ещё его матушка до вас не добралась, — улыбнулась Розанна. — Ох, и шуму будет, что без нее. Я о ней понаслышке знаю, но уже представляю.

Я обернулась на Амму. И действительно, нехорошо как-то, моя семья ведь здесь. Причем вся.

— И не держите нас за врагов, фера Гресвиль, — фера Рьяна тяжело вздохнула. — Понимаю, что в ваших бедах есть и моя вина, и вина Айдана. Он оттого сейчас и шумный такой, понимает, что не примете в свой круг. А Вегарт ему как брат. И я знаю, как ему хочется стоять сейчас там рядом с Дьярви, но… сам он не пойдет.

— Кхм… — Вегарт снова принялся громко кашлять, жирно намекая, что уже и император с его семейкой прибыли, а я всё не тороплюсь.

— Мама! — Держась за плечо Льюиса, Юниль встала на лавку. — Ну папе уже совсем не терпится, а там все сладкие пирожки без меня съедят. Иди замуж скорее, голодными же останемся.

— Надевай эти топазы и пошли уже, — фыркнул брат. — Жрец, правда, где-то потерялся.

— Мы своего привезли, фер Руньярд, — Рьяна уже с некоторым любопытством оглядела его. — Всё понять не могу: ты больше волк или ведун?

— Я больше Альфа, женщина, — внезапно его голос изменился, стал грубее, глаза вспыхнули красным огнем. Улыбнувшись, он обнажил свои клыки.

Густов сделал небольшой шаг в сторону, словно прикрывая жену.

— Угу, — Рьяна даже не моргнула.