Придут, и что им у нас отнимать? Да, дом большой, комнат много, но в каком он состоянии. Ни один генерал в таких «хоромах» жить не станет. Курицы наши тощие его тоже не соблазнят, скорее он мужиков в лес за дичью погонит. Так чего нам его опасаться?"

"Руни поднялся и расправил могучие плечи. Я с трудом представляла, каким здоровым брат станет еще через несколько лет. Главное, чтобы дверные проемы не пришлось расширять. Вроде и волк, а иногда казалось, что медведи там у него в роду потоптались.

В печи весело затрещал огонек.

Взяв дощечку, Руни взглянул на меня и тяжело вздохнул. Что-то принялся писать. Показал мне.

«Если придут драконы, они тебя заприметят. Красавица ведь. Как мне их гонять от тебя? Дрыном?»

Прочитав, я засмеялась.

— Руни, да кому нужна женщина моих лет еще и с дочерью, когда в деревне полно молоденьких?

Его бровь приподнялась. Он усмехнулся, совсем как взрослый, и покачал головой, жирно намекая, что я наивна как дитя.

— Не придумывай, брат, — фыркнула на него. — Для них я буду доброй вдовой, готовящей вкусные лепешки, только и всего. Ушло время, когда на меня смотрели как на невесту.

Вроде произносила с улыбкой, а на сердце разливалась горечь. Так и умру, не узнавши, ни что такое любовь, ни какая она — ласка любимого мужчины.

Руни снова стер надпись и с гаденькой улыбочкой что-то там писал. Развернул и показал:

— «Сначала хотя бы до тридцати годков доживи, старушка, — прочитала вслух, — а потом на похороны монетки начинай откладывать». Ах ты паршивец, — вскипела я. — А ну, иди с Юниль в курятник, и чтобы к вечеру она шапочки курицам шить начала и считала их за лучших подружек.

Конь под молодым драконом занервничал и потряс головой. Ящер улыбнулся, отчего на его щеках появились ямочки. Может быть, я и купилась бы на столь невинный вид паренька, если бы не острый, холодный взгляд. Слишком уж взрослый.

Такой же я видела порой и у Руни.

— А что, если у твоего дяди не хватит силенок на меня? — вроде как шутя, уточнил он у Юниль.

Но моя пройдоха отступать была не намерена.

— Тогда я ему помогу. Вдвоем мы тебя точно на лопатки положим. А нет, так моя мамка тебе ремня надает. Она может!

Вот тут уже возмутилась я. Дочери достался от меня вопрошающий взгляд.

— А что? — она пожала плечами. — Ты можешь. Ты даже куриц не боишься.

— Аргумент, — захохотал главный в отряде. — И все же, девочки, где же деревня? Устали мы плутать. То ли свернули не туда, то ли дороги в нее нет.

— Вас там не ждут, — процедила, зыркнув на грубого блондина. — Нечего в нашем поселении воинам делать. И без вас живем впроголодь. А с вами и куриц последних лишимся.

— Ой, и хорошо, — скривилась Юниль. — Они такие страшные. Еще и за попу норовят клюнуть.