— Понял, понял, — перебивает Бестужев, выпивая стакан прозрачной жидкости залпом. — Закрываем эту тему. Но завтра снова откроем. Сейчас я не хочу об этом говорить...

Я снова пожимаю плечами. Мол, как хочешь. Не горю желанием обсуждать то, где мелькает Глеб.

Говорим мы о чем попало. Часто шутим, не вспоминаем прошлое. Ощущение, будто мы давние друзья и не виделись много лет, вот и решили поужинать, поболтать немного.

Настроение у меня хорошее. Набираю сообщение дочери и, получив от нее положительный ответ, снова концентрирую все свое внимание на Эмиле.

— Думаю, мне пора, — смотрю я на наручные часы, понимаю, что больше я здесь провести времени не смогу.

Глеб, походу, еще не вернулся домой. Отрывается со своей любовницей. Возможно, с тремя сразу. Это как раз в его стиле. Любит он так... Чтобы его ублажали со всех сторон.

— К нему? Зачем? — говорит Эмиль. Грубо и довольно резко.

— Почему ты думаешь, что именно к нему? У тебя случайно никаких проблем с головой нет? Я буквально двадцать минут назад тебе сказала, что разведусь с ним. А ты все о своем. Черт! И какого черта я отчитываюсь перед тобой?

Бестужев смеется. Я встаю, а он — следом за мной.

— Прекрасный вопрос. Не понимаешь, почему оправдываешься? Серьезно? Может, ты просто поняла, что многое теперь в твоей жизни зависит от меня?

— Не выпендривайся, Эмиль. Тебе это совсем не идет, — злобно бросаю ему в лицо. — Спасибо за ужин. Было приятно провести с тобой время, но мне действительно пора, иначе мы друг другу глотки порвем.

Мысленно подмечаю, что у Бестужева действительно сегодня замечательное настроение. Пусть он временами и выглядит грустным и задумчивым, но больше всего смеется. А еще исподлобья наблюдает за мной. За тем, как поправляю волосы, собираю их в высокий хвост. Что-то жарко стало.

— До завтра? — выгибаю вопросительно бровь.

— Утром я тебе позвоню. Дам некоторые контакты, свяжешься с нужными людьми. Они помогут тебе ускорить процесс. Я про развод.

— Отлично, — широко улыбаюсь, уже предвкушая завтрашний день. — Чем буду тебе обязана за такую услугу?

— Ты специально? Чего ты добиваешься, Арина? Не испытывай свой шанс, иначе... — он на секунду замолкает, оглядывая меня с ног до головы, а потом продолжает гораздо тише, с хрипотцой в голосе: — Иначе запру тебя в своей спальне и хрен ты оттуда выйдешь в ближайшие несколько дней.

— Несколько дней? — хмыкаю. — Классные у тебя мысли в голове, но... В принципе, я бы не против провести с тобой время. А уж в постели — тем более. Но ты не умеешь предохраняться. Еще не дай бог залечу, а ты меня опять на аборт пошлешь. Нет, мне действительно нужно уезжать. Чем дольше я тут, тем выше вероятность, что наш ужин закончится в твоей спальне.

Бестужев никак не реагирует на мои слова об аборте.