– Благодарю, матушка, – улыбнулась Луиза, – так вот, пока мой дражайший супруг находится без сознания, да ниспошлёт ему Всевышний полное исцеление, вот я и решила заняться перевоспитанием нашей внучки, чтобы Патрик, как только очнётся, возрадовался наступившим переменам в характере Джейн. Дорогая, – обратилась она ко мне, при этом умудряясь смотреть вроде и на меня, но всё же куда-то мимо, – ты здесь, чтобы добрейшие монахини взрастили в тебе благородные качества, кои должны приличествовать юной леди. И чтобы твой дедушка смог оценить мой вклад в твоё развитие, как только он придёт в сознание.

– Похвально, весьма, – покивала монахиня, сверля мою дражайшую мачеху спокойным взором серо-зелёных глаз, в глубине коих я всё же заметила алчные всполохи. Деньги, много денег получит монастырь, в том числе и сама настоятельница, если меня запрут в этих застенках.

Вот честно, сейчас я чувствовала себя героиней из одноимённого романа, когда-то написанного гениальной Шарлоттой Бронте. Но в моём случае всё было по-настоящему, и я уже устала щипать себя за запястье, оставляя на нежной коже синяки, чтобы в конце концов в сотый раз убедиться, что вокруг меня суровая действительность, а не сон.

– Вот наш скромный вклад, – на стол лёг увесистый бархатный кошелёк, громко звякнули золотые монеты, а я и глазом моргнуть не успела – мешочек исчез со столешницы натурально волшебным образом: р-раз! и нет его. Вот она магия в действии.

– Всевышний послал вас к нам, ведь вскорости начнутся посевные, и эти средства пойдут на доброе дело, столько всего нужно прикупить, – величественно кивнула матушка, – а за Джейн мы непременно присмотрим, знаете, физический труд и искренняя молитва облагораживают.

Луиза ла Асолье не знала – это было видно по её не ведавшему солнца белоснежному лицу и мягким, нежным ручкам. Но мадам неспешно кивнула, соглашаясь со словами настоятельницы.

Матушка в ответ многозначительно сомкнула веки, и, протянув узкую кисть к увесистому колокольчику, звякнула в него пару раз. Тут же дверь в кабинет распахнулась и внутрь вошла невысокая монахиня, которая очень даже низко поклонилась начальнице. Я бы сказала – подобострастно.

– Вызывали, матушка-настоятельница? – тихий смиренный голосок и скрещенные на животе руки – сама покорность."

"– Да, у нас новая послушница – леди Джейн ла Асолье. Определи её в отдельную келью, накорми, юная мисс только прибыла и устала после дороги. Дальнейшие распоряжения поступят позже, – сказав всё это, хранительница монастыря перевела свой холодный взор на меня и добавила: – Леди ла Асолье, следуйте за матушкой Гложеттой, она вам всё покажет.

Я демонстративно неохотно поднялась и направилась на выход.